Форум автора-фантаста Тимофея Верхова

Глава 7.

Мы дадим им бой.

7 Июня 2012 года.
Четверг. 4:57.
г. Саров. Проспект Мира д.44.

Славик приблизился к стене и, разбив локтем стекло, вытащил карту поликлиники. Он разгладил её, отряхнул от осколков и расстелил на полу. Мы склонились над бумагой, где были изображены входы и выходы, кабинеты и лестничные пролеты. Бес включил фонарик, и яркий свет прорезал тьму, освещая для нас старый чертеж.
- Так, - мой товарищ поджал губы. – На улицу ведут два выхода: этот… - он вытянул руку в сторону двери, - и ещё один за регистратурой. Мы, к сожалению, не знаем, кто именно к нам придет, но… будем надеяться, что враг пошлет солдат.
- Да уж, - хмыкнул Бес. – Если появится «летун», всю оборонительную операцию можно будет сворачивать в один миг. Да и то, если успеем.
Славик сделал вид, что не услышал этих слов. Брифинг продолжался.
- Один из выходов надо заминировать, думаю – задний. Санек, там есть гранаты?
Сашка обернулся и, прищурившись, глянул в угол.
- Да, вроде, - неуверенно ответил он.
- Хорошо, - Славик вздохнул. – Растяжки ставить не сложно. В общем, на одном из входов солдат будет ждать сюрприз, к другому мы их просто не подпустим.
- Как? – вставил Санек.
- Я думаю! Думаю! – вспылил Славик. – Не мешай, пожалуйста. Ну, не доводилось мне заниматься планировкой боя, понимаешь! Хоть убей! Так что, я соображаю. Дайте мне минутку! Не так то это просто, спасать ваши задницы, - мой друг потер шею.
- Давай я, - предложил Бес. Славик вздохнул и развернул план в его сторону.
- Конечно, это не бетонный дот с тремя минометами. И даже не средневековый замок. Просто старый советский трехэтажный сарай. И нам здесь умирать. Надеюсь, будет весело, - Бес склонился над бумагой. – Оригинальностью тут не блеснуть, но потянуть время мы, пожалуй, сможем. У нас есть Пулемет Калашникова. Эта мощная штука сбивает самолеты, так что, если мы разместим её… скажем, на втором этаже, возле какого-нибудь окна, я думаю, врагу придется пробираться сюда по трупам своих же собственных солдат. А вот первый этаж, к сожалению, ничем серьезным прикрыть не удастся. Поэтому большая часть наших с вами войск будет размещаться именно здесь. Рискованно, конечно, но… чтобы добраться до пулемета, ребятам в противогазах надо будет убрать вас. Короче говоря, мы все разбираем оружие, закупориваем окна и двери, а потом сидим и неспешно поливаем этих гадов огнем.
- Гениальный план! - улыбнулся Славик. – А я то думал, ты, Бес, завернешь какой-нибудь турецкий гамбит с выходом в тыл и взятием в заложники их главаря.
- Да, правильно всё! – вставил Леха Ерунов. – Главное, не пустить их в здание.
- Да?! – съязвил Славик. – А ты не думал о том, что пара ракет накроет это строение, и вражеским солдатам даже не надо будет куда-то там прорываться?
- Были бы мины, ещё могли бы что-нибудь придумать, а так… - Саня вздохнул. – Гранатометы же есть, да и гранат куча. На целый взвод обмундирования.
- Может быть, в подвале поискать добровольцев? – тихо сказал я. – В конце концов, тут их дети. Любой родитель должен защитить своё чадо.
- Блин, а я и не подумал! – Бес хлопнул себя по лбу. – В подвале же полно мужиков! Тимик – ты мозг!
- Если не выгонят, после того как мы заявим им о том, что утром к нам придут гости, - с сарказмом заметил Славик.
- Попробуем, - проговорил я. – У нас оружие. Веский аргумент.
- Так всё хватит! – Бес выключил фонарик и свернул карту. – Так до утра болтать будем. Тимик, ты с Саней в подвал. Я, Леха и Славик пока поставим на дверь растяжку и подумаем, из каких окон будем палить.
- В подвал всё пойдем, - резко вставил Славик. – Надо произвести на них впечатление.
Бес просчитал что-то про себя и молча кивнул. Мы поднялись с пола.
Конечно, план, имевшийся у нас, нельзя было назвать идеальным. Впрочем, слово «план» не совсем подходило к нашей затее. Скорее, первая попавшаяся под мысленный молот идея. Безумная идея, скоротечная идея. Нам бы посидеть да всё взвесить, но…
Когда ты знаешь, что твои часы сочтены, когда ты ждешь неминуемого конца, и ожидание стягивает тебе руки незримым жгутом страха… в общем, ничего лучше мы придумать не могли.
Мои друзья похватали оружие, распихали по имевшимся у них карманам магазины с патронами и гранаты. Кто-то прихватил с собой пистолет, Славик пробежал оценивающим взглядом по СВУ, Бес взвалил на плечо расхваленный ранее пулемет. Кое-что мы оставили здесь, для других отчаявшихся. Может быть, они тоже устали от томящего бездействия.
Коридор быстро пролетел перед глазами, из тьмы выплыла лестница в подвал. Мы спустились по ней, гремя оружием и тяжело вздыхая. Вдруг Бес, шедший самым первым, резко остановился на полпути и развернулся.
- Кто будет речь толкать? – спросил он, глядя на Славика. Я обернулся и посмотрел на друга. Он, в свою очередь, пялился на меня.
- Почему?! – возмутился я.
- Тактика, Тимофей, тактика, - проговорил Славик. – Человек на костылях, слабый и измученный, но в то же время готовый к бессмысленному бою за независимость, в общем, такой человек вызовет у масс желание сражаться. Мол, вот они здоровые ничего не делают, а он больной и рвется в драку.
- В последний раз ты у нас в драку рвался, - с наигранной обидой проговорил я.
Товарищ улыбнулся.
- Ладно, - вздохнул я, будто делая для друзей одолжение. – Попробую. Только сразу предупреждаю, говорить публично – моя слабость. Вечно запинаюсь и нервничаю.
- Не волнуйся, - пробубнил Леха. – Если кто-нибудь намекнет тебе на твою ошибку, ну… ну, короче – у меня автомат.
Я развернулся и двинулся дальше. В подвал, где меня ждало ещё одно испытание.
Здесь так ничего и не изменилось: непроглядный мрак, в котором прятались женщины с детьми. Мужчины утешали их, как могли, но все усилия были тщетны, уж слишком крепко засела в памяти картина минувшего буйства неизвестного врага. Всхлипы и стоны, молитвы и еле слышный успокаивающий шепот – все эти звуки удваивали правящий тут страх.
Мои больные ноги, оставив позади последнюю ступеньку, слились с холодным полом забитого жителями подвала. Бес незаметно положил мне руку на плечо, а Славик пробежался направленным светом фонаря по коридору. Многие морщились, когда на них падал яркий луч. Морщились, и прятались во тьму.
Я проглотил комок в горле, вздохнул и неуверенно начал.
- Господа, - мой охрипший от волнения голос заставил некоторых вздрогнуть и покрепче сжать колени. – Господа, у нас приключилась беда. Несколько минут назад на первом этаже зазвонил телефон. Возможно, некоторые из вас даже слышали этот звонок. Я ответил на него, и мне сообщили, что через несколько часов здесь будут наши враги. Они придут, чтобы забрать нас. Думаю, вам не надо разжевывать, что это значит.
Возникла пауза. Люди вглядывались в мой силуэт, бросали робкий взор на оружие, висящие на плечах моих друзей. Никто ничего не говорил.
- Я думаю, что бежать бесполезно, - продолжил я. – Есть ещё один выход. Сражаться. Там, наверху, имеется кое-какое оружие, найденное нами внизу на дороге, где был бой со спецназом. Мужчины, да и женщины, впрочем, могут взять его и занять оборонительные позиции. Те, кто не умеет пользоваться автоматами…
Не знаю, почему, но мой голос неожиданно дрогнул. Как бы я не пытался, запланированная речь так и не срывалась с потрескавшихся губ. Люди, сидящие здесь… надо быть круглым дураком, чтобы не узреть в их глазах недоверие, страх и непонимание.
Наконец, я пересилил себя.
- Если есть добровольцы, которые хотят защитить своих детей от инопланетных завоевателей, то пусть они выйдут вперед! – властным голосом заявил я.
Молчание. Никаких движений во тьме. Лишь только десятки пустых, апатичных взглядов.
- Я буду сражаться против инопланетян! – мальчуган лет шести вырвался из материнских рук и подбежал ко мне.
- Коля! – женщина взвыла и кинулась за ним. – Коля, иди сюда немедленно! Ты что кричишь?! Ну-ка, тихо!
Малыш посмотрел на меня, задрав голову и безмолвно требуя разрешения вступить в ряды нового партизанского движения. Мама взяла его под мышки, прижала к себе и удалилась на своё место.
- Так и должно быть, - подумал я. – Вы, пережившие весь этот ужас люди, не можете найти в себе силы для сопротивления. Пройдут годы и ваши дети поймут прошлые ошибки. Поймут и восстанут против хозяев, звеня рабскими цепями. А сейчас вы просто тени, пища для расплодившихся в Сарове страхов.
- Почему я должен вас упрашивать?! – под действием собственных умозаключений я сорвался на крик. – Неужели вы ничего не понимаете?! Сколько ещё здесь просидите?! Чего ждете?! Никто не придет к вам на помощь, кроме вас самих! Ну, поймите же вы, наконец – ваша судьба… только вы можете её выковать! Ведь мы в силах управлять своей жизнью! Мы можем сражаться! Мы должны сражаться!
Пошатнувшись, я чуть было не грохнулся на пол. Слава богу, рука нащупала лестничное перило, и, оперевшись на него, я медленно осел на ступеньку. Бес приблизился, поднял упавший костыль и передал его мне.
- Никто не говорит вам, что нас ждет какая-то там великая победа! – Славик выступил вперед, загородив меня собой. – Мы просто предлагаем вам хоть что-то сделать. Отомстить, если так вам понятней. Да, мы умрем. Но вот только я и мои друзья, в отличие от вас, умрут, как люди, может быть даже, как герои. А вы? Вы умрете, как скот, как бараны, которых вырастили только для того, чтобы в последствии зарезать…
- Ты и твои друзья привели за собой хвост! – из толпы выскочил покрасневший Олег. Пухленький мужичишка ткнул пальцем в мою сторону. – У нас всё было хорошо, мы спрятались и ждали помощи, а ты… ты вклинился в нашу общину, притащив за собой врага!
Из тьмы донеслись одобрительные возгласы.
- Какой помощи?! – переорал его Славик. – Тот мир, в котором все мы жили, рухнул! Его нет! Нет!
- Ложь! – крик Олега затопил темный подвал. – Вы бежите от жизни! Сами выдумываете себе проблемы! Надо было выгнать вас ещё тогда…
- Попробуй, выгони!
- Думаешь, этот автомат даёт тебе хоть какую-то власть?!
Я зажмурился и попытался встать. Моя рука ухватилась на холодную периллу, но голова закружилась, и я вновь упал Бесу на руки.
- Лех… - прошептал я. Мой голос растворялся в дикой перебранке Славика и Олега. – Лех… уведи меня отсюда…
Бес тихонько поднял меня на ноги, кивнул Саньку, и друзья вывели меня из залитого шумом подвала. Бредя по лестнице, я слышал, как в спор вклинились ещё какие-то люди. Никто не думал о том, что их здесь могут найти. Впрочем, что я говорю? Нас ведь уже нашли.
Меня усадили прямо на пол возле лестницы. Закрыв глаза, я перевел дух и приказал всем мышцам расслабиться. Через секунду из подвала выскочил покрасневший Славик. Мой товарищ заметался по комнате, шепча про себя что-то о лицах нестандартной сексуальной ориентации.
- Мы их будем защищать?! – товарищ подлетел ко мне и ткнул пальцем в темный лестничный пролет. – Их?! Этих…
Не найдя подходящих слов, друг вновь пустился в метания. Наконец он сел и откинулся к стене.
- Знаешь, кем бы они ни были, мы должны их защитить. Больше некому, - Сашка приблизился к Славику и бесшумно сел рядом. – Плохая была затея, что ж поделать. Придется впятером обороняться.
Из подвала вышел Роман. Наш старый приятель сделал несколько усталых шагов в сторону окна, затем развернулся, прошел до стены, сел на корточки и вздохнул.
- Это правильно, - проговорил он сухим, вымученным голосом. – Правильно, что вы решили сражаться. Нам всем надо было бы так поступить.
Мужчина сделал паузу и снова вздохнул.
- Я бы пошел с вами, но… моя дочь, она совсем…
- Идите к своей дочери, - Бес приблизился к говорившему, протянул руку и помог встать. Роман крепко сжал ладонь моего товарища, напрягся и, наконец, выпрямился.
Двигаясь в сторону подвала, наш собеседник медленно прошелся по залитой молчанием комнате. Его ноги переступили порог, в двух шагах находилась лестница вниз. Мужчина не спешил покидать нас, положил руку на дверной косяк, будто оперся на него, совсем выбившись из сил. Голова поникла и тихие, почти не различимые слова лениво съехали с губ.
- А, может быть, дочь и не причем, - угасающий голос дотронулся до моих ушей. – Может быть, я просто боюсь сделать самый важный в своей жизни шаг.
Роман обернулся и, вытерев слезы на глазах, посмотрел в нашу сторону.
- Молодцы, - закивал он, всхлипывая. – В другом месте, в другое время, моя погибшая жена, не раздумывая ушла бы от меня к одному из вас, - мужчина усмехнулся собственной шутке. Усмехнулся и отправился в подвал.
Его шаги затихали, через миг тишина вновь обвила нас своей незримой шалью. Бес посмотрел в окно, тусклый свет рассвета отогнал ночь, улица стала различима. Тьма ушла, но желанного покоя мы не обрели. Вот уже целые сутки, будто безумцы в клетке, мы вгрызаемся в прутья, пытаясь найти оправдания и ответы. Но лишь тишина встречается нам на пути.
Лишь тишина.
- Пора готовится, - Славик решительно вскочил с места и сжал в руках автомат. – Мы, как всегда, теряем время. А ведь ещё многое предстоит сделать. Так что давайте работать.
Никто и слова не бросил в разрез этой простой, но почему-то отвергнутой истине.

***

7 Июня 2012 года.
Четверг. 5:39.
г. Саров. Проспект Мира д.44.

В кабинете доктора было темно. Задернутые шторы не пускали сюда подаренный новым днем свет. Да и не нужен он, ведь если в душе тьма и холод, никакой внешний источник не обогатит человека. Поэтому мрак не спешил уходить с этих мест.
- Я… - старый врач суетился, сидя за столом и безуспешно пытаясь что-то найти. – Я попытаюсь сделать всё, от меня зависящее, так что, вам не стоит беспокоиться о бинтах и прочей атрибутике моей работы. Здесь всё есть. Ну, где же он?!
Седой врач сунул руку в карман и облегченно вздохнул, затем вынул. На ладони у него лежал маленький ключик. Поспешные шаги перенесли его в шкафу, замок скрипнул и небольшая стеклянная дверка открылась.
- Так, - доктор окинул взглядом всё, имевшееся на полках. – Думаю, необходимости искать что-то ещё нет. Можете не волноваться.
Дверь захлопнулась.
Славик положил взятый с тумбочки шприц и развернулся к говорившему.
- Спасибо, - тихо сказал мой товарищ и сделал шаг в сторону доктора. Тот лишь ухмыльнулся и наигранно отмахнулся, мол, что вы, что вы! Это же моя работа.
- Есть ли хоть какой-нибудь шанс их… победить, или хотя бы отогнать? - улыбка исчезла со старого, покрытого морщинами и щетиной лица. Глаза наполнились бессмысленной надеждой, будто здесь стоял не шестидесятилетний работник, а юноша, минуту назад получивший диплом. Славик не знал, что ответить. Вместо этого он сунул руку за спину и вытащил из-за пояса пистолет.
- Вот ваш шанс, доктор. Иного я вам дать не могу.
Врач взял протянутый ему «Стечкин». Посмотрел на оружие теперь уже напуганными глазами, и его иссохшие руки чуть заметно дрогнули.
- Я… не смогу, - выдавил он, переводя взгляд на Славика. – Я… я – полная противоположность этому, - его губы дрожали.
Мой товарищ подошел ближе, ласково коснулся рук врача и сжал их на пистолете.
- Сможете, если потребуется, - ледяным голосом проговорил он. – Теперь всё иначе. Как вас зовут?
- Аркадий Иванович, - быстро пропел врач.
- Аркадий Иванович, - Славик специально сделал небольшую паузу. – Как вы помните, много лет назад была Великая отечественная война. До неё многие тоже не могли себе представить, что им придется брать в руки оружие. Но война их заставила. Сегодня мы столкнулись с аналогичной проблемой. Я и сам – далеко не солдат, но если надо…
Доктор закивал, понимая, что же ему пытаются сказать.
- Всё-таки надеюсь, что до этого не дойдет, - сухо прошептал он, кладя пистолет на стол.
- Понадейтесь ещё и за меня, - Славик направился к двери. – А то что-то я совсем потерял веру.
Мой товарищ вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
Я взял патрон, оглядел его с разных сторон и вставил в магазин. Затем ещё один, и ещё и ещё. Санек повторял все мои движения, кроме этого обматывал укомплектованные обоймы пластырем. Как в кино. По три, чтобы удобнее перезаряжать. Готовую «продукцию» мы складывали в большую спортивную сумку, принесенную Бесом из подвала. Наполовину она была уже забита, и, кроме того, в ней лежали другие, нужные нам вещи: пистолеты, гранаты, ножи.
Шаги Славика заставили меня оторваться от нудного занятия. Я поднял голову и увидел, как друг почти бегом преодолел коридор, приблизился к нам и склонился над сумкой.
- Если Леха придет, скажешь, что я в подвале, - быстро проговорил он, разыскивая что-то в сумке. Наконец, он извлек оттуда пистолет. Щелкнул затвором, и убрал оружие за спину.
- Что-то не так? – я передал готовую обойму Саньку.
Славик нахмурился и махнул рукой. – Так… моё.
Мой друг поднял и направился в сторону подвала. Я посмотрел ему вслед и вздохнул.
Эхо разлилось по длинному темному коридору. Разлилось и слегка вспугнуло сидящих здесь людей. Беженцы шептались, тихо-тихо, будто боясь, что во тьме есть кто-то, кто предаст их в любую минуту. Славик спустился по лестнице и встал на последнюю ступеньку, он не взял с собой фонаря, просто уставился во мрак, зная, кто и где сидит. Его слова были сухими и отрывистыми. Злоба и презрение, которые он так тщательно пытался скрыть, всё равно вырывались наружу.
- Не выходите из подвала! Даже когда выстрелы прекратятся! Если… кто-то из моих друзей выживет, он придет сюда и сообщит вам, что вы можете выйти! Это для вашей же безопасности! Это единственное, что мы теперь просим, - в темноте мой друг узрел Олега. Коротышка сидел в углу и ел тушенку. На секунду он бросил ядовитый взгляд на Славика, бросил и тут же вернулся к еде. Мой товарищ хотел ещё что-то добавить, но… передумал. Быстрые шаги известили о его уходе.
- Простите…
Это была та самая молодая женщина, чья дочка болела астмой. Она когда-то попросила Славика не курить, потом успокаивала его, когда он чуть было не придушил Олега. Сейчас она стояла на ступенях. Догнала его. Совсем бесшумно. Будто призрак, лишенный жизни.
Славик развернулся и неспешно спустился на одну ступень вниз.
- Я только хотела… - женщина отвела голову в сторону и затеребила свой, лежащий на плече хвостик. – Я хотела… поблагодарить вас за… за эту самоотверженность и…
- Мы ещё ничего не сделали, - сказал мой друг. – Только собираемся. Так что… спрячьтесь здесь и не выходите на этаж.
- Я надеюсь, у вас всё получится, - женщина улыбнулась. Робко-робко, будто боясь, что её улыбка испортит все намеченные планы.
Славик вздохнул и полез в джинсы. Вынул бумажник, раскрыл его и вытащил из карманчика свернутый вчетверо листок.
- Вот. Это вам, - мой друг протянул бумажку женщине. Та взяла её не сразу. Вначале глянула на моего товарища, недоумевая. Непонятно вообще, что это за листок и, причем он здесь.
Шелест бумаги нарушил давящую на виски тишину. На нём был коряво нарисован цветок. Однако почти каждая деталь этого, неряшливо запечатленного растения передавала всю его красоту, весь идеал созданной природой формы. Женщина заулыбалась. Славик, будто переняв часть её радости, тоже растянул губы. Неловкая тишина пришла на лестницу.
- Возвращайтесь, - тихо произнесла она, сворачивая подарок.
- Постараюсь, - ответил он, засовывая руки в задние карманы.
- Славик!
Мой товарищ обернулся. В проходе стоял Санек. Он прищурился, пытаясь разглядеть беседующих в темноте.
- Славик, там Лешка пришел! Тебя зовет! – Сашка сделал шаг вниз.
- Чего ты орешь?! – шикнул на него мой друг. Саня прикусил губу, совсем забыв о негласных правилах.
Женщина развернулась и поскакала вниз, Славик проводил её взглядом и направился к Сашке. Вместе они покинули подвал.
- Всё сделано, как ты просил: шторы зашторены, двери заперты, растяжка поставлена. Ещё мы сняли с каталок стальные носилки и закрепили их на некоторых окнах, - Леха Ерунов сидел на корточках и тяжело дышал, будто пришел сюда, преодолев болотистую местность. Он поставил автомат на пол, облокотился на него и смотрел взволнованными глазами на размышляющего Славика. – Бес занял позицию с пулеметом на втором этаже. Он готов. Что дальше?
Славик молчал, сложив руки на груди.
- Ладно, - резко проговорил он и взял лежащую на лавке снайперскую винтовку. – Пора, народ. Саня и Тимик остаются на первом этаже, чуть позже к ним присоединюсь и я. Ты… - Славик ткнул пальцем на Леху, тот привстал, - …отправишься к Бесу, будешь его прикрывать. Вопросы есть?
Все молчали.
- Надеюсь, вы не забыли, как молиться, - вздохнул мой товарищ и зашагал по коридору.
Мы выключили все фонари, коими для удобства был уставлен коридор, последние готовые магазины оказались в сумке - приготовления завершены. Оставалось только ждать.
Славик вышел к регистратуре, на пути проверяя взятое им оружие. Он поправил прицел, вынул и просмотрел магазин, передернул затвор и взвесил СВУ на плечо, которое уже прогибалось от висящего там автомата Калашникова. Я, как мог, догонял друга. Наконец мне это удалось, и я его окрикнул.
Мой товарищ обернулся и, узрев меня, слегка нахмурился.
- Тимон, иди к Саньку, возьмите себе патронов и спрячьтесь по комнатам. А затем следите за моим сигналом.
- Славик, может все-таки не стоит этого делать? Неприятная какая-то затея, - мне сложно было найти подходящие слова. Просто сказать, что я боюсь за него – нет, мои силы к этому не готовы.
Друг приблизился и чуть заметно ухмыльнулся.
- Тимон, это отличная идея. Рискованная, но… как мы ещё узнаем, что враг идет. Кроме этого… - Славик потер снайперку, - я буду вашим маленьким козырем в этой игре. Не волнуйся. А ещё лучше – тоже возьми автомат. Так и мне будет надежнее, и тебе.
Я замотал головой. – Не надо меня об этом просить. Уж кто-кто, а я – так это последний человек, которого можно представить на месте защитника города.
- Ты просто боишься убивать, - Славик ещё раз улыбнулся. – Я тоже боюсь. Рано или поздно мы с этим столкнемся. Либо ты, либо они. Жесткое правило, но верное. А теперь иди.
- Обещай мне, чуть что – ты вернешься в здание, - проговорил я. Друг уже шел к входной двери, но развернулся и кивнул.
Петли скрипнули, и свежий воздух влетел в помещение. Этого воздуха мне не хватало всю ночь, поэтому я глубоко вздохнул, позволив себе крохотное расслабление. Но… воздух был уже не тот, с виду обычный, однако страх… дикий страх, что залил весь мир, он полностью пропитал кислород. Хоть и был неосязаем.
Дверь хлопнула, заставив меня вздрогнуть. Я пытался отогнать от себя мысль, что мой товарищ, возможно, погибнет, возможно, я не увижу его больше, но мысль не уходила. Будто была частью моей души.
К чему мы все пришли? Вот теперь в наших руках оружие, которое вот-вот запоет свою скорбную оглушающую песнь, но никакой уверенности, никаких прогнозов и никакой смелости. Врагу надо отдать должное – он мастерски лишает нас самоконтроля. После этого победить – дело минутное.
Внезапно в моей памяти всплыл отсчет. Теперь я уже не мог в точности сказать, сколько же мне осталось, но… часики тикали.
Страшно.
- Тимка пойдем, - Сашка взял меня за руку. – Надо спрятаться.
Я неохотно кивнул.

***

7 Июня 2012 года.
Четверг. 6:08.
г. Саров. Проспект Мира.

Легкий утренний холодок забирался под одежду, скользил по телу, опускаясь всё ниже и ниже. Пепельно-серое небо смотрело свысока на его игру и зловеще ухмылялось, тот, кто стоял внизу, боялся. Боялся, но делал своё дело.
Замок взвизгнул от внушительного удара прикладом автомата. Взвизгнул, но выстоял. Славик вдохнул и ещё раз опустил оружие на дужку. Послышался звон, который тут же усилило гуляющее в проходе эхо. Сломанный механизм рухнул на асфальт, дверь неприветливо скрипнула и отошла в сторону, показывая спрятавшуюся за ней тьму. Выставив перед собой «Калашников», мой товарищ устремился вперед.
Это была старая, построенная ещё до основания города, башня, содержащая в своём лоне водонапорную вышку. На самой макушке этого строения находились часы. Символ монастыря, символ нашего города – сейчас он, как и всё в округе, лишь усиливал недоверие к каждому темному углу.
Славик включил фонарь и осмотрелся, наверх вела старая деревянная (наверняка скрипучая) лестница. Мой друг аккуратно начал подниматься вверх, считая про себя ступеньки. Но обостренные ощущения мгновенно его сбили, и уже следующий лестничный пролет стер из памяти все цифры. Из мрака выплыл огромный стальной бак, размещенный в самом центре квадратной комнаты, Вячеслав обогнул его и продолжил путь.
План моего друга был предельно прост: башня, стоявшая в нескольких десятках шагов от поликлиники, могла послужить отличным маяком, с которого Славик хотел вести наблюдение. Вход сюда находился в самом низу, в туннеле, который пронзал основание этого величественного здания, и ежечасно пропускал через себя толпы людей. Но сейчас здесь было пусто. Именно поэтому, мой друг и не думал стыдиться, когда сбивал замок с дверей, ведших ввысь.
Вот и комната с окнами, представлявшими собой зеленоватую мозайку, дальше только люк наверх, туда, где должен находиться колокол. Здесь было чуть светлее, новый день просачивался сюда, неохотно и безуспешно.
Славик огляделся, выключил фонарь и приблизился к окну. Удар! Осколки посыпались на пол и захрустели под ногами. Небольшая квадратная дырка выглядывала на восток. Точно такую же мой товарищ проделал в другой стороне комнаты. Снайперское ружье высунулось на свежий воздух, Славик припал к прицелу и начал вглядываться в горизонт. Его прыткий взор пробежался по окрестным домам, улицам, крышам – везде было пусто. Затем другое окно. Западная часть Сарова тоже спала мертвым сном. Никаких намеков на приход врага, только ветер, свистящий над люком. И тишина.
Насмотревшись на пустоту, мой друг опустил винтовку и сел на деревянный пол. Зажигалка выплюнула пару искр, а затем подожгла табак. Сушеная трава затлела, пуская к потолку кольца противного дыма.
Две ракеты на огромной скорости влетели в здание. Детская поликлиника взорвалась. Сквозь грохот рушившегося строения слышались крики. Предсмертные крики…
Славик вскочил на ноги, отгоняя наваждение. Выкинул сигарету и вновь припал к окну. А тем временем…
…Бес, закрыв один глаз, вглядывался в прицел пулемета. На улице перед больницей никого не было, но Алексей всё равно напрягся, словно зная, что через секунду инопланетные захватчики обрушат на него всю свою мощь. Однако через секунду он успокоился и откинулся на спинку стула. Тихо. Ни на первом, ни на втором этаже больницы, не рождалось ни единого звука. Бес ещё раз внимательно прислушался, а затем вытащил из кармана гайку на бинте. Он повертел в руках свой талисман, намотал его на ладонь, сжал кулак, будто проверяя крепкость бинта.
- Прости меня, мама, - тихо произнес Леха. – Прости, если сможешь.
Гайка на бинте вернулась в карман. Бес вновь припал к пулемету…
… Алексей Ерунов волновался. Нет, его не пугала надвигающаяся угроза смерти, не пугал бой, который он должен был встретить как мужчина – нечто иное теребило душу новоявленного борца за независимость. Алексей глубоко вздохнул и припал губами к графину со спиртом. Жидкость обожгла рот, лениво влилась во внутрь, но успокоения так и не принесла. Ерунов ещё и ещё раз хлебнул из графина – безрезультатно. Наконец, мой товарищ поставил сосуд на пол и прижал к себе приклад автомата.
На улице было пусто. Бес в соседней комнате молчал, не давая никаких указаний. Томящее ожидание играло на нервах. Алексей был уже достаточно пьян, однако быстро и без препираний выполнял все приказы друзей. Сейчас он должен был ждать особого сигнала, который и принесет весть о том, что враг рядом.
Через дорогу стояло здание. Старое монастырское здание. Сейчас там базировался офис какой-то мелкой фирмы. Темные проёмы окон отпугивали, ни лучика света, ни искры, способной осветить старое помещение. Но вдруг в одном из окон мелькнула фигура. Алексей прищурился, пытаясь получше её разглядеть. Не мираж ли это? Леха даже тряхнул головой, а потом вновь прищурился.
- Что за… - прошептал мой друг.
В окне стояла женщина в белом платье. Черными волосами играл непонятно откуда взявшийся ветер. Она смотрела прямо на него, минуя расстояния и преграды. Смотрела жалобным взором, будто звала на помощь.
- Наташка, - выдохнул Алексей, узнав в этом образе свою бывшую жену. – Наташка! Бес, там Наташка!
- Тихо! – шикнули на него из другой комнаты.
Ерунов закрыл глаза и через секунду, прошептав что-то, открыл их. Женщина исчезла.
… Саня наматывал на руку эластичный бинт. Начав с локтя, он шел всё выше и выше, пока, наконец, не добрался до запястья. Затем белая ткань была закреплена на тыльной стороне руки. Точно так же он «вооружил» и другую руку. Затем взял автомат, прижал его к себе и придвинулся к окну.
Я посмотрел в его сторону, пытаясь понять, в чём суть этого странного, никем не объяснимого жеста. Ответа на этот вопрос я так и не получил, поэтому вынужден был вернуться к часам, которые Саня снял с руки и протянул мне.
Стрелки на циферблате неспешно двигались по кругу, тихое тиканье механизма касалось моих ушей. Я ждал. Ждал, пытаясь посчитать, сколько же мне осталось до заветного мига, когда сердце перестанет биться. Но всё было впустую.
Я сидел на полу, поджав под себя колени и теребя в руках браслет с часами. Саня бросил на меня жалобный взгляд и еле слышно прошептал:
- Не бойся.
- Я боюсь не за себя, - тихо ответил я.
- Он сам выбрал свою дорогу, - Сашка попытался меня подбодрить. – И мы не в силах были его остановить.
- Может быть, - вздохнул я. – Может быть.
Высоко-высоко над землей, из дыры, которую проделал наш товарищ, высунулась рука, и небольшой пузырек полетел вниз, со свистом рассекая воздух. Он ударился об асфальт перед башней и разлетелся на мелкие кусочки.
Саня напрягся, услышав звук разбившейся бутылки, Бес, что есть силы, сжал пулемет, Леха допил остатки спирта.
Часы выпали из моих ослабших пальцев.
- Ну, вот и все, - почти беззвучно пропели губы.
Враг пришел.

***

7 Июня 2012 года.
Четверг. 6:29.
г. Саров. Проспект Мира.

Славика трясло. Он тщетно пытался взять себя в руки, сжимая смотревшую на запад снайперскую винтовку, но ничего не получалось. Через оптический прицел было видно, как из-за поворота выехали два военных грузовика. Машины ползли по дороге, ведущей к башне неспешно, будто зная, что торопиться некуда.
Мой товарищ вынул СВУ из окна, перебежал комнату и просунул оружие в другое отверстие, затаил дыхание и вгляделся в прицел. С другой стороны к монастырю тоже приближались грузовики. Тоже два.
Славик выругался и вернулся на прежнюю позицию.
Машины были накрыты темно-зеленым брезентом. Они медленно поднимались по идущей в гору дороге, миновали несколько домов из красного кирпича, приближались к стоящему по левую руку автосалону.
- Либо они, либо мы, - прошептал мой друг, нежно касаясь курка. – Так просто.
Перекрестие на прицеле остановилось на кабине водителя. Через стекло проглядывало лицо в противогазе. Славик напрягся, пытаясь успокоить неподвластный прицел.
Выстрел!
Приклад винтовки ударил в плечо, по полу покатилась выпускающая дымок гильза.
Пуля прошила стекло, но водитель остался жив. Мой друг промахнулся. Однако грузовик, подвергшийся атаке, резко вильнул влево и въехал на витрину автосалона. Послышался скрежет и звон стекла. Шины завизжали, огромный «Урал» остановился, из кузова начали выпрыгивать солдаты в противогазах. У некоторых из них были гранатометы.
Славик и кинулся к лестнице. Первый удар заставил стены башни задрожать, с потолка посыпалась шпаклевка, доски под ногами заходили ходуном.
Мой товарищ, со всей присущей ему быстротой порхал вниз, к дверям, где-то сверху слышался грохот. Лестница, по которой забирался мой друг, начала разваливаться.
По башне сделали три выстрела из гранатомета. Солдаты склонялись на одно колено и выпускали ракеты по верхним уровням строения. Кое-где кладка обвалилась, на асфальт постоянно сыпалась пыль и камни. Второй, не попавший под снайперский обстрел, грузовик устремился вперед.
Славик выскочил из дверей башни, и, что есть силы, помчался в сторону поликлиники. Сердце упрямо пыталось выпрыгнуть из груди, ощущение того, что сейчас в тело войдет пуля, не покидало моего товарища ни на секунду. Он бежал, обливаясь потом и не выпуская из рук автомата. Снайперская винтовка осталась в башне. Заветная дверь приближалась. Ещё миг! Ещё один миг…
Ноги проскакали по ступенькам, мой друг уже хотел открыть входную дверь и скрыться в здании… Олег! Пухленький коротышка показался в проеме. Он резко захлопнул дверь и подпер её чем-то тяжелым.
- Сука! – Славик налетел на запертый проход, ударился боком о дверь и тут же пнул её ногой. Но дверь не поддалась.
- Тварь! Тварь! Тварь! – мой друг метал молнии, ударил прикладом по стоящей возле порога мусорке, а затем опомнился и кинулся вправо, к ещё одной входной двери, находившейся сбоку.
Взрыв! Он заставил моего товарища пошатнуться и упасть на холодную плитку. Проход, через который Славик надеялся войти в здание и найти этого проклятого недомерка, внезапно взорвался. Дверь сорвалась с петель и отлетела в сторону, а в воздух взмыли ошметки охранного костюма.
- Ха-ха! – Славик допер, что коротышка налетел на поставленную растяжку. Допер, тут же встал и кинулся в образовавшуюся дыру.
- Тимон! Саня! Готовьсь! – крик проскользнул по коридору и донесся до наших ушей. Славик проскочил мимо регистратуры, вбежал в комнату, где мы сидели, и кинулся к окну. – Санек! Предупреди Беса!
Саня выскочил из комнаты, Славик передернул затвор и схватил лежащий в углу гранатомет.
- Четыре грузовика! Все набиты солдатами! – отрапортовал он, поправляя прицел. – Сейчас пофестивалим!
«Урал» неспешно проехал через туннель, пронзающий башню. Как только машина показалась из темного проема, мой товарищ, задержав дыхание, выстрелил. Я закрыл рот и нос, прячась от заполнившего комнату дыма, ракета выпрыгнула из широкого ствола, пролетела улицу и вошла в кабину грузовика. Взрыв содрогнул стекла в кабинете.
- Есть! – Славик хлопнул ладонью по подоконнику. Я привстал на колени и боязно глянул в окно. Грузовик горел, из полыхающего кузова выпрыгивали солдаты, огонь пригляделся и к ним. Они падали на асфальт и умирали в пламени, не произнося ни слова.
На втором этаже запел пулемет. Те, кто избежал огня, встречались со свистящими пулями моего товарища.
С востока, по узкой, проходившей мимо сквера, дороге к нам прибыли ещё две машины. Как только они заскрипели тормозами, Санек закрыл один глаз и пустил ракету в ближайшую. Автомобиль аж подпрыгнул в воздух, когда снаряд гранатомета скрылся под его колесами. Там почти никто не спасся, огонь объял всё, не желая оставлять кого бы то ни было на этом свете.
Второй выстрел огласил верхний этаж, но на этот раз нам не повезло: дымный шлейф миновал ещё одну машину, и ракета вошла в соседнее здание, разбросав камни в округе. За эту ошибку мы дорого заплатили.
По неслышной команде солдаты в противогазах повыпрыгивали из уцелевшего кузова. Тут же из прохода показались ещё и те, кто сидел в подбитом Славиком грузовике. Всего их было две-три дюжины, они бежали к поликлинике, выставляя перед собой автоматы. Наконец-то, я смог разглядеть наших врагов. Ничего особенного, казалось бы, обычные солдаты: камуфлированные штаны, куртки, нашивки. Общую картину портили лишь противогазы, надетые абсолютно всеми.
- Нет, - подумал я, опуская голову. – В них нет ничего живого, под белыми масками они прячут не лица, а страшную тайну, разгадать которую нам, возможно, уже не удастся.
Бес прицелился и открыл огонь. Пулеметная трель вначале смутила наших врагов, а затем начала косить их. Солдаты падали, как оловянные фигурки, задетые шаловливой рукой малыша. Один, второй, третий…
Славик нажал на курок, и я заткнул уши, чтобы не слышать это дьявольское пение. Наш враг угостил нас ответным огнем. Стекла в здании побились от входящих в них пуль. Облицовка вмиг потрескалась. Наши жизни были на волоске, возможно, сейчас и началась последняя стадия того самого отсчета, о котором мне было сказано по телефону.
- Тимон! – Славик перекричал собственный выстрел. – Давай в коридор!
Я беззвучно подчинился, выполз из кабинета, боясь поднять голову. Выполз и спрятался за углом.
Ещё один гранатометный выстрел раскидал вражеских солдат, будто тряпичных кукол. Их оторванные конечности разбросало по асфальту. А их соратники всё шли и шли, будто не зная, что такое смерть.
- Гранатомет! – послышалось сверху, и тут же здание содрогнулось. С потолка посыпался мел, стены вздрогнули.
Я закрыл глаза, пытаясь оградиться от всего этого, пытаясь забыться. Не помогло.
Бес строчил из пулемета. Лента ходила ходуном, в соседней комнате Леха и Санек поливали врага очередями.
- Так быстро! - Саня пригнулся и вынул пустой магазин из автомата.
- А ты думал! - ухмыльнулся Бес, перезаряжаясь. – Это не кино! У тебя всего тридцать патронов!
- Ракета!
- Что!
- Гранатомет!
- Епть!
Ракета пробила стену и разрушила соседнюю комнату. Бес прикрыл голову от осколков.
- Вниз! Быстро вниз!
Взяв пулемет, мой товарищ, полусидя, выскочил из комнаты, которую тут же прошили несколько пуль. Саня и Леха вышли за ним следом.
Чуть ли не скатившись с лестницы, они прошмыгнули коридор и забежали в комнату. Бес разбил окно пулеметным стволом и тут же открыл огонь по приближающимся солдатам. Саня выскочил из кабинета, нырнул в другую дверь и присоединился к Славику, а Леха Ерунов остался со мной в коридоре, аккуратно выглядывая из-за угла, и порой, выпуская одну-две пули в видневшиеся фигурки с автоматами.
- Ещё машины! – проорал Бес и тут же пригнулся. Над ухом у него проскочила пуля.
Славик привстал и робко высунул голову за угол. Ещё три грузовика проехали скверик и заскрипели тормозами в нескольких десятках шагов от поликлиники. Топот ног залил улицу.
- Распределиться по комнатам! – Славик вставил магазин в автомат. – Стрелять только короткими очередями!
Мои друзья разбежались по кабинетам и вновь нырнули в кровавый омут перестрелки.
Бес не убирал палец с курка, пулемет трясся и рычал, будто дикий зверь пытался вырваться на волю и цепких лап своего хозяина. Пули насквозь проходили через брезент и застревали в телах тех, кто не успел выпрыгнуть из машины. Внезапно грузовик взорвался под таким напором свистящего в воздухе свинца. Из кузова вывалилось горящее тело. Алексей отпустил палец, и начал перезаряжать оружие.
Солдаты всё напирали и напирали. Они могли бы преодолеть расстояние до входа за несколько мгновений, но кто-то то ли специально, то ли по неопытности беззвучно приказывал им идти медленно, сопровождая каждый свой шаг выстрелом. Вся внешняя стена здания покрылась пулевыми отверстиями. Кто-то из солдат доставал из кармана гранату и выдергивал чеку, но, слава богу, один из моих друзей всегда вовремя замечал это и одним нажатием пальца прекращал сей тактический маневр. Расстояние сокращалось, а количество врагов, не смотря на наш пыл, - нет.
- Осторожно, они опять стреляют из…
Я не знал, кто это прокричал. Грохот наполнил коридор, и мне пришлось заткнуть руками уши, что не оглохнуть от этого ада. Ещё крепче я сжал колени и вздрагивал при каждом новом выстреле.
Враг сделал пару залпов из гранатометов по первому и второму этажу. Где-то, внутри себя, я понял, что ещё пара таких же ударов, и здание просто осядет под непрекращающимся напором захватчиков. Мои друзья тоже выдыхались. Всего минуту назад мы начали бой. Всего одну минуту!
Страх стянул свои цепи немыслимо туго. Метры, которые отделяли нас от врага, можно было сосчитать по пальцам.
Взрыв!
Он прозвучал буквально в соседней комнате. В коридор выкатился Леха Ерунов, который секунду назад меня покинул. Он держался за уши и орал. Я подполз к нему.
- Леха!
- Лех!
Мой крик не мог пересилить грохот и вой стальных стволов.
- Леха, ты как?!
Друг не отвечал мне, крепко сжимая голову. Я осмотрел его, никаких видимых ран. Наверно, его контузило. Из комнаты выбежал Саня, скрылся в другой и снова начал палить.
- Их немного! – радостно крикнул Бес.
- У нас проблема! – Славик чуть не сорвал голос.
- Какая?!
- Трехногая!
- Что???!!!!
Если бы не постоянное пение смерти, мы бы услышали его шаги. Но бой прикрыл коварный замысел врага. На горизонте показался непонятный объект. Очевидно, это разновидность их тяжелой техники. Высота этого создания достигала десяти метров. Ходило оно на трех ногах, которые держали на себе овальное тело, опять же без признаков кабины пилота. На секунду я задумался. Может быть, это живой организм? Или всё-таки машина? А тем временем трехногий монстр вышел из поднимавшегося в небо дыма, рожденного взрывами машин. Его тонкие стальные конечности чуть согнулись, и тело оказалось на уровне третьего этажа поликлиники.
- Гранатометы!
Нам повезло, мы скооперировались и быстро отреагировали на приход этой смертоубийственной машины. Дымный шлейф пущенной Бесом ракеты преодолел расстояние от поликлиники до треножника, но… монстр увернулся. Казалось, весь мир в том миг прокричал: «Вам конец!». Враг учился, машина училась. И эта мысль заставила наши колени трястись ещё сильнее. Ракета не вернулась назад, как в прошлый раз, это был не ПЗРК.
Второй выстрел. И вновь монстр увернулся, позволив зданию позади себя рассыпаться мелкой крошкой.
Славик в бессилии выругался и осел на пол возле окна.
- Одновременно! – Бес попытался его поднять. – С разных сторон!
Мои друзья схватили по гранатомету, прицелились, пригибаясь от свистящих над головами пуль, и выстрелили.
Этого, они, конечно, не ждали. Две ракеты, шедшие крест на крест, выскочили из здания и устремились на врага. От одной монстр увернулся, тут же напоровшись на другую. Сноп иск рассыпался над землей. Послышался скрежет металла, сравнимый с тем, что мы слышали раньше. Будто гигант засовывал в свою пасть строительный кран. Трехногая машина покачнулась, вначале в одну сторону, затем – в другую. Несколько робких шагов, и…
Монстр рухнул прямо на солдат, подняв в воздух пыль.
- Огонь! – взревел Славик, видя, как и дыма выпрыгивают новые бойцы.
Автоматы запели свою скорбную песнь. Я подполз к окну в другой, пустой комнате и начал наблюдать за боем. Наш враг, оказался не так глуп, как показалось нам вначале. Многие бойцы прятались за подбитым нами треножником, кто-то вырывался вперед, тут же нарываясь на порцию свинца.
Леха Ерунов не жалел патронов. Не смотря на недавний приказ Славика, он выпускал по половине обоймы в каждого, завиденного в пыли солдата. В ушах до сих пор звенело, шаг был неуверенный, голова кружилась. Но всё это не мешало ему вести бой. Вся площадка перед поликлиникой была усеяна трупами в противогазах, чуть дальше валялся монстр, дым скрывал он нас многое, но вот он стал потихоньку рассеиваться, представляя нашему взору окрестности.
- Башня валится! – проорал Бес, отрываясь от прицела пулемета. Я робко высунулся в окно и увидел, как высокое строение покачнулось. Атака из гранатометов стала последней каплей терпения, которого у времени, мечтавшего разрушить сей монумент, и так уже не осталось. Вышка накренилась и потянулась к земле. Надломилась, осыпая площадку перед поликлиникой каменной крошкой, и…
Мы пригнулись, в окна полетели камни. Дикий грохот ударил в уши. Одно хорошо – нашим врагам тоже досталось.
- Наташка! – послышалось из соседней комнаты. Леха Ерунов выскочил в коридор и пробежал мимо меня, направляясь к выходу.
- Что за..?! – Славик хотел было погнаться за ним, но Саня ухватился за плечо. – Куда?! Какого хрена?!
Он не прекращал стрелять по врагам, пока рассеявшийся дым не притянул его внимание к тому самому окну, где ему виделся образ бывшей жены. Теперь она была не одна. Солдат в противогазе ударил её прикладом, завязалась борьба, которую узкое окошко не смогло показать полностью. Сражающиеся скрылись из виду, и Ерунов, не в силах больше себя сдерживать, закричал…
- Наташка!..
Его позвали вперед, позвали спасать свою жену, рискнув единственным, что у него осталось – жизнью. И он бросился на дождь из свинца, сооружая у себя в мыслях лишь её образ. Образ черноволосой красавицы, которую он однажды, казалось бы, сотню лет назад, встретил на празднике в честь 9 Мая.
- Назад! Назад, дурак! – я кричал, совсем не заботясь о глотке. Хотел уже встать и погнаться за ним, но понял, что не успею. Не смогу уже ничего сделать.
- Славик! – захлебываясь от отчаяния, крикнул я.
Славик вылетел из комнаты и побежал за Еруновым, но не успел. Алексей уже выскочил на улицу, и, отстреливаясь от врагов, помчался прямо к поваленной башне. Моему товарищу ничего не оставалось, кроме как прикрывать отчаявшегося Леху.
Он бежал, не ведая страха. Будто всё это - лишь игра, глупый сон, навеянный трудным днем, без неё. Но теперь она была рядом, совсем близко, всего в нескольких шагах. Он должен дойти. Должен!
Ерунов добежал до взорванного грузовика и укрылся за ним. Тут и там свистели пули, грозя закончить его путь быстро и без вопросов. Он знал, что его прикрывают, видел, как Славик и Саня примкнули к окнам и неотрывно палили по солдатам. Вот и он убил одного, затаив дыхание. Затем ещё одного, и ещё…
- Иди ко мне! – звучал голос в его голове. – Леша, прошу тебя! Поторопись!
Он внял команде и выскочил из укрытия.
Солдат в противогазе нажал на курок, и пуля вошла в тело моего друга. Он покачнулся, выронив из рук автомат, и прижал рукой рану на боку. Ноги ослабли, голова закружилась…
Ерунов упал на колени. Стрелявшего в него уже уложил Славик.
- Назад! – орал Бес. – Быстро назад!
Странно, но Ерунов подчинился. Привстал и, кое-как, ковыляя, двинулся к поликлинике. Где же голос?
Пустота! Однотонная, глухая пустота. Она залила голову, выгоняя воспоминания и чувства. И внезапно, разум вернулся в реальный мир. Мир, где нет жены, мир, где его рана захлебывается кровью. Мир, где смерть игриво коснулась плеча.
Ерунов тяжело дышал. Шел к поликлинике, но вдруг резко обернулся и начал искать взглядом то окно, где был образ жены. Теперь оно пустовало.
Ещё одна пуля вошла в тело. Леха, приняв её животом, рухнул на асфальт.
- Что там? Что?! – сидя на полу, я дергал Славика за штанину. – Славик, что случилось?!
Мой товарищ молчал, стреляя во врага.
Ерунов лежал на земле, скрипя зубами от боли. Кровь проползла по глотке и смочила зубы. Леха кашлянул, выплевывая несколько капель на футболку. Водя руками по асфальту, и ища поддержки, он нечаянно сунул руку в карман. Граната! Её дал Славик, сказав, что применять эту штуку надо только в самых крайних случаях. Разве сейчас не таковой?
Набравшись сил, мой друг вытащил её, сжал липкими от крови пальцами и потянулся к чеке. Я, не смотря на запрет Славика, робко выглянул в окно. Странно, но я знал, что увижу, и смотреть было вовсе не больно. Только руки дрожали, и глаза щипало. Совсем не от дыма.
Солдат в противогазе приближался. Он чудом избежал пули моих друзей и сейчас уверенно шел к зданию, надеясь первым коснуться его порога. На пути лежал труп. Вернее, ещё не труп, а так… переходная стадия… Опасность! Опасность!
- Мм! – Ерунов завыл от боли, выдернул чеку и бросил гранату прямо в лицо надвигающему врагу. Тот поднял автомат, сделал два выстрела, добив моего друга, но рука всё равно выполнила команду, зашвырнув гранату прямо между глаз, скрытых белой маской.
Взрыв огласил улицу.
Лехино тело отбросило на несколько метров, солдата разорвало на части.
Я развернулся и осел на пол, глядя на свои руки. На них были маленькие капельки крови, что долетели сюда, гонимые взрывом. То была кровь моего товарища. Погибшего товарища. Умершего товарища! Его нет! Его больше нет!
Как такое может быть? Почему мир столь несправедлив? Зачем?! До сих пор, кто-то будто бы шептал мне, что все увиденное и услышанное за последние сутки – лишь вымысел. Страшная, плохая игра, которая затянулась, не зная меры. Но сейчас…
Я прикоснулся к одной из капель. Липкая.
Смерть друга открыла мне глаза. Сбросила линзы надежды и веры. Неужели это правда? Неужели мои товарищи, люди, добрее которых я не видел, держат автоматы, убивают? Неужели, все эти солдаты, все эти фантасмагорические роботы – инопланетяне? Неужели люди, будто стадо динозавров, навсегда покинули землю? Я не хочу в это верить! Я не хочу это видеть! Я не хочу жить в таком мире! НЕ ХОЧУ!!!
- Не хочу, - прошептал я, закрывая глаза.
Легкий ветерок пронесся по комнате незримым странником. Коснулся моих липких волос. Подбросил их вверх, зовя куда-то с собой. Выстрелы глохли, утопая в моем отчаянии. Крики притуплялись, уходили. Далеко-далеко, туда, где нет боли и страха. А, может быть, это я уходил.
Тишина меня пригрела, отгородила от всего былого, надоевшего, пугающего. Я ничего не слышал. Не хотел слышать. Покой – столь редкий теперь уже гость, пришел ко мне, захватив и разум и душу. Сдобренный этой тишиной, я поднялся. Медленно, но уверенно.
Я шел вдоль разрушенных, украшенных пулевыми отверстиями, стен. Шел к воле, желая поскорее покинуть сей душный и иссушающий глотку мир. Вот мои ноги миновали коридор, обогнули регистратуру. Выход приближался.
Пули впивались в стены позади меня, любая из них могла завершить мой путь, но я не боялся умереть, ибо знал, что такое – смерть. Она только что взяла к себе моего товарища. И я был рядом. Совсем рядом.
Свет. Яркий свет зарождающегося дня. И свежий воздух, легкий и прохладный, будто вкусный кремовый торт. Я вышел через вход, проделанный взрывом поставленной нами растяжки. Вышел сбоку и неспешно свернул вправо.
Улица, навес, свистящие по бокам пули. Я ничего не слышал, словно кто-то отключил звук, как когда-то отключил на божественном пульте равномерный ход жизни. Ещё миг и я увижу небо. Я так давно хотел его увидеть. Вздохнув, я поднял голову…
Меня кто-то толкнул в грудь. Кто-то невидимый. Нет, не толкнул, ударил. И не кулаком, а одним пальцем. И совсем не больно. Но сильно, я аж пошатнулся и чуть было не упал на спину. А потом вдруг резко пришла боль. Да такая сильная, что я чуть не закричал. Словно сотня уколов воткнулась в одну единственную точку на теле. Меня зашатало, будто не спал двое суток, слабость наполнила тело и потянула вниз. Я опустил голову и ахнул.
Из меня текла кровь! Из груди! Откуда она?!
Ещё один удар! Нет, тычок!
Тут до меня дошло – никаких призраков не было, никаких аномалий. Просто-напросто в меня попала пуля. Самая обычная, раскаленная и несокрушимая пуля, выпущенная из ствола автомата. Поняв эту простую истину, я пошатнулся, облокотился на стену и съехал вниз, мечтая закрыть глаза. Даже боль немного отступила, будто тело моё уже мне не принадлежало. Как я устал.
Внутри меня бурлило, кровь из пробитых органов затопила дыхательные пули, наполнила желудок. Я кашлянул, и чуть было не захлебнулся алой жидкостью, выливающейся из меня. В глазах потемнело, но, тем не менее я увидел подбежавшего ко мне Славика.
Весь в поту и пыли, друг склонился надо мной, выдавил из себя улыбку, нежно похлопал по плечу, а затем что-то настоятельно сказал. Будто ругал меня, как непослушного сынишку. Слеза скатилась по щеке моего товарища, он говорил что-то, но я не слышал, что. Вдруг вынул из кармана пачку сигарет, вставил мне в рот папиросу, поджег её. Но покурить я не смог, сил не было. Бог ты мой, как больно!
Славик перешел на крик, кажется, пытался предупредить меня, чтобы я не закрывал глаз. Пули свистели в сантиметре от него, но он их не боялся, как я не боюсь теперь уже ничего. Появился Бес. Он стрелял из пулемета, прикрывая нас. Гильзы, будто дождь, сыпались на плитку. Славик обнял меня. Попытался поднять, но не смог, усталость не позволила. Тогда он развернул меня и поволок в здание. Я улыбнулся, видя, как за мной тянется кровавый след. След моей крови.
- Ответ на вопрос, - подумал я, когда надо мной склонилась тьма. – Смерть – ничто иное, как ответ на самый главный вопрос бытия. Есть ли что-нибудь там, за гранью? Есть ли всё то, что описано бессмертными пророками? Есть ли то, во что мы верим или хотим верить? Что дальше? Вечный сон или новый уровень?
Я потерял сознание, будто уснул после долгого-долгого, полного забот дня.
- Где же суд? – кричал я про себя, ныряя в омут и уходя от этого проклятого мира.
Суда не было.

***

7 Июня 2012 года.
Четверг. 6:38.
г. Саров. Проспект Мира д.44.

- Тимон! Тимик! ТИМО-О-Н!!!
- Славик, пригнись!
-Что?!
- Пригнись говорю!
- Быстрее!
- Кабинет!
Пули входили в стены, осыпая моих друзей крошкой. Славик и Бес пригибались, таща тело через коридор, в который то и дело попадали снаряды нашего врага. И вот, наконец, заветная дверь. Она капризно скрипнула, впуская друзей в кабинет, а затем закрылась, тут же приняв в себя четыре пули.
- Что?! Что такое?! Бог ты мой! – старый доктор вскочил с пола и выкинул свой пистолет в угол. – Быстрее! Быстрее на кушетку! – врач смахнул с лежанки какой-то медицинский скарб и помог Славику положить тело. Кровь залила пол. Руки и одежда моего товарища окрасились в алый цвет, но он не обращал внимания.
- Доктор, живее! – орал он, держа меня за руку.
Врач полез в шкафчик. Разбил дверцу, открывая его, пригнулся, спасшись от случайной пули, достал бинты и кинулся к кушетке.
- Держите! Держите, говорю! Осторожно! Черт бы вас всех побрал, выйдете отсюда!
- Саня, к окнам!
- Они прут, я один не справлюсь!
- Черт! Черт! Черт! Черт!
- Поднимите его!
- Да, остановите же вы кровь!
- Пульса нет! Давайте массаж! Держите его!
- Раз-два! Раз-два!
- Саня, выйди!
- Адреналин!
- Доктор, ну, давайте же! Доктор!
Старый врач облокотился на тумбочку, тяжело дыша. Затем вытер потный лоб и выкинул бинт.
- Все!
- Что «все»?!
- Он скончался.
- Что?!
- Я говорю, он скончался – отошел в мир иной. Вам лучше вернуться к обор…
- Что?!
- Он умер!
Славик выпустил мою холодную руку, Бес сжал рукоять пулемета ещё крепче.
- Этого не может быть.
- Увы, молодой человек, такова…
- Делайте свою работу! – заорал Славик, вцепившись старику в воротник. Бес кинулся на помощь. Старый врач даже не думал сопротивляться. Славик прижал его к стене и тряс, не смотря на внушительную силу Беса, который пытался оттащить его от медика.
- Почему вы ничего не делаете?! Его можно спасти! Можно! – Славик скрипел зубами. – Прошу вас.
Бес схватил безумца под локти и еле-еле оттащил от врача. Славик пошатнулся и осел на пол, не зная, что сказать.
- Всегда можно что-то сделать, - тихо, почти про себя, выдавил он.
- Можно, - Бес положил руку ему на плечо. – Вернуться на место и продолжать бой.
- Какой, на хрен, бой?! – ухмыльнулся Славик. – Это бой, по-твоему, да?! Рыба на сковородке – вот кто мы! Прыгаем-прыгаем, а она нагревается! Ещё чуть-чуть…
- Скажи это Тимику.
Славик вскочил на ноги. Пригладил мокрые волосы кровавыми руками и кинулся к двери.
- Скажи это Тимику, - язвительно прошипел он, двигаясь по коридору. – Да, вы правы, мать вашу! Вы все, как всегда, самые умные. Ну, что ж, хрен с вами! Буду куклой. Саня, урод недоделанный, где мой автомат?!
Солдаты в противогазах приближались. Робко и медленно. Всего несколько шагов отделяли их от засыпанных каменной крошкой ступеней, как вдруг…
- Огонь!
Бес упал на живот, передернул затвор и нажал на спусковой крючок. Округа залилась пулеметным воем, лента заходила ходуном и несколько вражеских солдат повалились на землю.
Славик заскочил в комнату, пригнулся, укрываясь от визжащих пуль, вставил магазин и открыл огонь. Саня прикрывал его из другого окна.
Бой вспыхнул с новой силой. Бой, который, казалось бы, проигран. Но нет! Ещё одна смерть принесла с собой отвагу, выменяв её на ещё одно бездыханное тело. Люди сопротивлялись, не убирая палец с курка. Враг шел и шел, уже не думая о какой-либо тактике. Просто напор, жесткий и холодный, как стены поликлиники.
- Славик, справа! – Бес пригнул голову. – Они заходят справа!
Славик бросил автомат и вынул из кармана гранату. Взрыв раскидал несколько солдат. За ним последовал пулеметный вой.
- Да, откуда же они прут!?
- Левее!
Один из солдат, наверное, самый умный или самый счастливый, прорвался сквозь повальный огонь моих товарищей, пробежал по ступеням и кинулся в огромный проём на первом этаже, созданный неудачным выстрелом из гранатомета.
Здесь, орудуя пулеметом, лежал Бес.
- Слави-и-к! Они в здании! – мой товарищ вскочил на ноги, схватил оружие за приклад. Солдат в противогазе не понял, что происходит, увидев перед собой Беса. Леха, заливаясь диким криком, обрушил на него смертоубийственную машину.
Череп под противогазом хрустнул, и боец упал на пол.
Бес выскочил из здания и принялся палить по наступающим. Вслед за ним, выпрыгнув из окна, появился Славик. Он встал, спрятавшись за колонной, и принялся снимать самых близких к нему.
Враг дрогнул. На первый взгляд уже казавшаяся удачной осада превратилась в отступление, благодаря стремительной контратаке моих друзей. Саня выбежал из здания сбоку и трое начали спускаться по ступеням, посыпая их раскаленными гильзами. Бойцы попятились, прячась то за убитым треножником, то за взорванными грузовиками. Наконец, они просто развернулись и куда-то побежали.
Внезапно из здания поликлиники выскочила горящая фигура. Славик обернулся и изумился – то был доктор. Тот самый старый врач, который должен быть в кабинете. Его объятое огнем тело с ужасающим ревом кинулось прямо на солдат, но случайная пуля, попавшая прямо в голову, уняла пыл. Убитый доктор упал на асфальт и его медленно доел огонь.
Враг бежал. Все, что осталось от страшной армады, брошенной неизвестным властелином на приступ хрупкого здания поликлиники. Всего несколько струсивших бойцов, сверкающих сейчас пятками по зеленым газонам. Им вслед летели пули. Рано или поздно хотя бы некоторые их них достигали цели, и тогда враг падал на траву, орошая её кровью. Вскоре почти никого не осталось. Все ушли.
Саня упал на колени, его автомат глухо рухнул на асфальт. Мой товарищ тяжело дышал, будто ему пришлось прошагать с тяжким грузом не одну тысячу миль. Липкие от пота руки закрыли грязное лицо.
- Господи! – тихо пропел Сашка. – Господи!
Славик смотрел в горизонт, ища там хотя бы одного недобитого солдата. Но лишь пустота встречалась ему, пустота глагольствовавшая – вы выжили. Мои друг сжал кулаки.
- Они ушли, - Бес опустился на одно колено, морщась от проснувшейся боли в ноге. – Я в это не верю, лучше спрятаться. Мало ли…
- Нет, - Славик покачал головой, закидывая автомат на плечо. – Они не вернуться. Мы доказали им, что кое-что можем. Мы доказали себе, что…
- Не надо, - Бес положил Славику руку на плечо. – Ты лучше скажи, что теперь. Потому что у нас нет плана на этот счет. Никто даже и предположить не мог, что мы уцелеем.
Славик промолчал.

_________________
Ради общения с интересным собеседником я готов бросить любые дела кроме творчества, ибо творчество - это общение с Богом.