Форум автора-фантаста Тимофея Верхова :: Просмотр темы - Триумф Часть 2 - Безымянные герои

Форум автора-фантаста Тимофея Верхова https://foglands.forumenko.com/

Триумф Часть 2 - Безымянные герои - Глава 6 https://foglands.forumenko.com/topic158.html	Страница 1 из 1

Автор:	Тимофей Верхов [ 16-04, 13:43 ]
Заголовок сообщения:	Триумф Часть 2 - Безымянные герои - Глава 6
Глава 6. Новый мир. 7 Июня 2012 года. Четверг. 21:03. г. Саров. где-то под улицей Гагарина. Их называли убежищами. Никто и нигде не смог бы толком объяснить, для чего они созданы и когда построены. Многие просто знали – есть под старыми улицами Гагарина, Пушкина, Фрунзе и Чапаева некие подвалы, что не совсем уж и подвалы, а не что иное, как… бомбоубежища, приготовленные на случай войны. Санек ошибся в своей формулировке - небольшой каменный домик с решеткой вместо двери являлся воздуховодом, а не входом в это странное место. Вика не раз и не два укоряла Александра за это, когда они, перепачканные в пыли, паутине и грязи, ползли по узкому туннелю, не в состоянии даже встать на корточки. Сашка отмалчивался на упреки дамы и, погрузившись в свои мысли, двигался дальше, сопя и работая локтями. Иногда он останавливался и лез в карман за старой зажигалкой, чиркал кремнем, освещая проход чуждым здесь светом. Как позже выяснилось, с пути невозможно было сбиться, поворотов не было. Порой даже казалось, что туннель вечен или замкнут и люди ползут по кругу. Нарушила эту иллюзию внезапно возникшая впереди решетка. Сломанная, ржавая, висящая на одном единственном болтике она безмолвно намекнула, что сюда давным-давно уже кто-то наведывался. Ничего удивительного в этом не было; наркоманы давно облюбовали это место. От удара стальная преграда со звоном рухнула на пол. Сашка высунул голову и зажег огонь. Темнота расступилась, показав стены с ободранной шпаклевкой и копотью, пол с разбитым на нём стеклом и потолок с одиноким, болтающимся патроном от лампочки. - Что там? – послышалось из узкого тоннеля. Вика нетерпеливо сопела, бормоча что-то неприличное про грязь. Александр ничего не ответил, потушил огонь и двинулся вперед. Звук ударяющихся об пол ног разлился по помещению оглушающей сиреной. Вслед за ним послышались ещё шорохи во тьме. Санек схватил Вику под руки и вытащил из прохода. Теперь они стояли во мраке, обнимая друг друга и стараясь отогнать от себя надвигающийся страх. - Зажги огонь, - шепнула девушка. Санек подчинился. Убежище делилось на несколько небольших комнат, полупустых и грязных, совсем непохожих, на то место, где мог бы скоротать тяжелые дни войны случайный беженец с семьей. Был также туалет с осыпавшейся кафельной плиткой, что звонко хрустела под ногами, и некое подобие медицинского пункта, где стояла одинокая ржавая больничная каталка, да болталась без дела дверца стеклянного шкафчика на стене. А ещё здесь находились вещи, которые ну никак не были предназначены для тяжелых военных будней: старый велосипед (непонятно даже, как его сюда принесли) электродрель, худой волейбольный мячик и ещё много всего подобного. Благо, среди этого хлама нашлось нечто действительно ценное – куча старых матрасов. Сашка взял два самых чистых и кинул возле стены. Вика тут же села на один из них, обхватив руками свои замерзшие колени. - Дай мне зажигалку, - попросила она. Санек протянул ей источник света, поставил к стене автомат и решил пойти испытать на работоспособность туалет. Когда он вернулся, Вика сидела в той же позе и глядела замороженным взором на огонек. - Не держи долго, - бросил Сашка, спускаясь на жалкое подобие кровати. – Газ кончится. Девушка подержала ещё немного у себя в руках тонкое пламя и отпустила кнопку. Тут же всё превратилось во тьму. * 8 Июня 2012 года. Пятница. 00:18. г. Саров. где-то под улицей Гагарина. - Саша. Он открыл глаза и шевельнулся. Сквозь тишину прорывались еле слышные звуки ночного дождя, что шел где-то там, наверху. Здесь же, в непроглядной темноте было сухо и тепло, но даже рука, вытянутая во мраке, была невидима. - Ты спишь? – прошелестел усталый голос Вики. - Нет, - вздохнул Сашка. - Помнишь, ты сказал, что знаешь, как их остановить? – во тьме послышались движения. Девушка приблизилась к своему спасителю. - Есть кое-какие идеи, - недовольно буркнул он. - Расскажи! - оживилась дама. – Ведь я почти ничего не знаю… ни о тебе, ни о нашем враге. - Зачем тебе это? - грубо перебил Санек. - Зачем это мне?! – девушка повысила голос. – Да потому что ты втянул меня в эту глупую и непонятную войну! Ты велел идти за тобой, и поэтому ты обязан рассказать мне всё! Я, как и ты, жертва, и не смей молчать! - Я втянул тебя!? – Сашка встал и сел, пытаясь узреть Вику в кромешной тьме. – Кто просил меня о помощи… - Хватит! – отрезала девушка. – Теперь не важно, кто и что сделал. Важно то, что я должна знать правду! - Правду, - ухмыльнулся Санек и, так и не разглядев даму, откинулся к стене. – Я теперь и сам не знаю, где истина, а где ложь. Два дня назад я проснулся от стука в дверь. На пороге стоял мой товарищ. Он принес с собой всё это… Сквозь темноту и пустоту мрачного подвала, именуемого бомбоубежищем, поплыл неровный и пугающий рассказ Санька о минувших двух днях со всеми событиями, что произошли с ним и его друзьями. Страх, одиночество и вымерший город, слабая надежда на спасение и бесконечная игра в прятки с инопланетянами, марсианами, американцами и ещё тысячей непригодных имен, коими окрестили врага. И, наконец, встреча с выжившими, отчаянная попытка выстоять перед всей мощью загадочного завоевателя. Победа и новая цель, странный гость и путь вперед, что сломался в самом начале, отняв последние капли веры. Вика не перебивала летящую в бесконечность темноты историю. Порой вздыхала и, когда Санек остановился, она задала с присущей лишь ей критичностью главный вопрос, который мучил Александра всё это время: - Почему? – хмыкнула девушка. – Почему этот… гость, обладая такой неземной силой, просит обычных людей совершить то, на что у него самого ушло бы три секунды? - Я не знаю, - вздохнул Сашка. - А, может, ты всё это выдумал… - Да иди ты на… - Тихо! – вновь перебила Вика. – Шучу. Санек молчал. - Я пришла домой со дня рождения поздно. Шел второй час. Как только моя нога переступила порой квартиры, сразу же последовал удар. Будто на крышу дома упала бомба, или кто-то выстрелил по подъезду ракетой. От шока я потеряла сознание. Когда проснулась, половины дома уже не было, ну а дальше… дальше ты знаешь. Ни воды, ни еды. И так целые сутки. Кричать мне надоело после пяти часов, жить – после двенадцати. - Ты героиня, - улыбнулся Сашка во тьме. И после этой улыбки вся неприязнь, всё зло, все обиды на подкинутую судьбой девушку вдруг куда-то испарились. Будто ушли безвозвратно в пугающий мрак. Санек представил себе, каково же было слабой и беззащитной Вике бороться за жизнь и за спасение, выжидая, пока капли дождя наполнят коробку из-под сока. - Брось, - хмыкнула девушка, и завела за ухо прядь волос. – Герой ты. Долгое время он и она просто молчали, прислушиваясь к собственному дыханию во тьме. - Почему ты меня спас? Тогда. В машине. Почему пошел за мной? – голос Вики был тихим и чуть дрожащим. Ответа не последовало. - Так странно, - хмыкнула девушка. – В этом новом мире всё по-новому. Даже мужчины стали какими-то другими. Раньше они были… слабыми, а теперь… Если каждый станет таким, как ты, нам нечего боятся. Мы победим. - Я доставил тебе немало хлопот. Прости меня, - Сашка перешел на шепот. – Вот… возьми. Во тьме зашелестел листок бумаги. Вика чиркнула зажигалкой, и мрак расступился перед небольшим рисунком цветка. Он был вычерчен карандашом коряво и просто. Но, тем не менее, в изображении этом угадывалась та красота, что присуща лишь живым, несорванным с земли цветам. Неизвестный художник, не смотря на грубость своей работы, уловил в ней главное и сумел передать эту прелесть природы. Девушка молчала и смотрела, не отрываясь, на необычный подарок. Затем пламя резко погасло. - Поцелуй меня, - тихо попросила она. Через секунду они уже лежали на одном матрасе и целовались, снимая с друг друга одежду. Ловкие женские руки скользили по его коже, в каждом движении улавливалась ласка. - Может быть, завтра ты умрешь и попадешь в рай, - игриво шепнула она. – Сейчас я покажу тебе, что там будет. * 8 Июня 2012 года. Пятница. 9:46. г. Саров. ул. Гагарина. Утро. Оно встретило Александра и Вику всё тем же пепельно-серым небом, всё той же пугающей пустотой городских улиц. От яркого, пришедшего так резко и так неожиданно, света, защемило глаза. Сашка на секунду зажмурился, и чуть было не споткнулся об каменный порог невысокого домика. Вика стояла позади, в холодной мрачной тени ночного убежища. Через секунду девушка, пересилив себя, вышла, огляделась и взяла своего спутника за руку. А он, взвалив автомат на плечо, пристально глянул на уходящую за поворот дорогу, сделал шаг… - Стой! Он обернулся. - Куда ты идешь?! – нахмурилась девушка. Санек, опустив голову, помолчал пару мгновений, затем поднял глаза и решительно молвил: - Я должен завершить начатое нами дело. - А как же я? – растерялась Вика. – Я… не готова, я не могу. Пойми, такой шаг… нет… - девушка закачала головой и чуть отстранилась. – Я не пойду с тобой на такую… жертву. Я… не хочу умирать. Она вздохнула и стала ожидать его ответа. Сашка присел на корточки, поднял с асфальта мелкий камешек и начал крутить его в руках. Что-то внутри спасителя бедной девушки колебалось, метаясь из угла в угол. И слов, способных описать внутренне состояние, не было. - Пойми, - в сердцах выпалил Санек, резко поднимаясь с земли. – Пойми, это мой долг… - Ты дал клятву?! – Вика подлетела к нему, тот отвел взор. - Значит, не дал! – заключила девушка. – Тогда что?.. Что заставляет тебя идти на гибель?! - Перестань! – выкрикнул Сашка. – Ты не понимаешь! Ты не была там… в этом аду! Ты не видела смертей! Ты ничего не знаешь о войне и не можешь меня понять! В тебе нет той ненависти к врагу, которая есть во мне… - Санек постучал себе по груди. – Мои друзья… их больше нет. Будь они живы… Александр не договорил, махнул рукой на девушку и устало плюхнулся на бордюр. - У меня нет выбора, - еле слышно проговорил он себе под нос. – Я всё равно умру. Вика бесшумно приблизилась, опустилась на колени и нежно коснулась ремня на его плече. Провела ладонью по волосам, дотронулась до щеки. - Так нельзя, - проговорила девушка. – Нет никакой геройской смерти. Смерть всегда одинакова. Она грязная, темная, холодная. А вот жизнь может быть разной. Посмотри вокруг. Выбор есть всегда. Не мне тебе это говорить. Ты и сам всё знаешь. Куда ты дойдешь? Их сотни, может быть, тысячи, а ты один. Твои друзья погибли, пришла пора принимать другие решения. Санек отрицательно покачал головой. - Почему бы ни попробовать выбраться из города? – оживилась Вика. – Почему бы… - Нет! – Александр вскочил и стал ходить кругами. – Город перекрыт, их там… - Столько же, сколько и там, куда ты собрался! – резко перебила девушка. – Но там, куда ты идешь, есть только смерть. А там, куда я зову, есть… шанс на жизнь. Ты сам сказал, что всё равно умрешь. Умри, вырываясь на свободу… - Вика встала и шагнула к Саньку. – Не бросай меня. Давай попробуем! Сашка отвернулся от девушки и посмотрел на безбрежное и однообразное небо, будто стремясь именно там найти совет для терзающей душу ситуации. Но небо молчало, пряча под плотным слоем облаков бессильное нынче солнце. - Да ты хоть понимаешь, о чём меня просишь?! – Александр не мог больше сдерживаться. – Это… предательство! Это отступление от всего! От друзей… - …Которых нет! – выпалила девушка, и Сашка внезапно смолк. Некоторое время возле каменного домика было тихо. - Прости, я не могу, – наконец-то тихо сказал Санек. Сказал и опустил голову. Вика долго смотрела на него стеклянным взором, пытаясь, наверное, понять и осмыслить причины, по которым её спаситель не может свершить подобный шаг. А тот стоял и не шевелился. Девушка развернулась и пошла по газону. - Подожди! – окрикнул её Сашка. Она обернулась. - Я не видел их тел. Может быть, они живы. И, если живы, то они всё сделают. А, если нет… - Санек вновь посмотрел на небо. – Ни один ты, Тимофей, больше не увидишь рая. Пусть я встречу тебя в аду. - Пошли! – Александр кивнул ничего не понимающей девушке. – Я, кажется, знаю, как нам выбраться из города. * 8 Июня 2012 года. Пятница. 10:19. г. Саров. ул. Гагарина. - Когда один из моих товарищей рассказывал о том, что случилось первой ночью, он упомянул, что пятое КПП разбито, - Сашка двигался быстрым шагом, постоянно оглядываясь и выискивая глазами вечно отстающую Вику. – Это и есть наш шанс! Я не знаю, почему там руины, но важно то, что мы сможем выбраться из города, и, если повезет, без проблем и встреч с солдатами. Девушка прибавила ходу. Казалось, каждое слово из этого воодушевляющего рассказа Александра вгоняло в тело капельки сил и надежды. Дома и дворы очень быстро сменялись другими домами и дворами. Странно, в нечаянных поворотах уже никто и ничто не подстерегало, страх ушел куда-то, будто последовав в неведомую бездну вслед за жителями Сарова. Впервые у Санька появилась цель разумная, логичная и вполне достижимая. Таинственные схватки с неизвестным по приказу не менее таинственного «друга» остались позади. Словно, всё это кончилось, фантасмагория с инопланетянами и загадками – вчерашний день. Человек вынырнул из омута фантастики и окунулся в свежую и чистую воду старой, обыденной жизни. - У нас получился, - говорила Вика, тяжело дыша от непрерывной ходьбы. – У нас всё получится, - шептала она сама себе. - Да, - думал Сашка, смотря по сторонам. – Новый день похож на новый мир. Мир, где есть надежда, есть… И тут Александр поймал себя на странной и резкой мысли, поймал и еле заметно глянул на идущую по его следу Вику. Нет! Так быстро?! Это была просто связь… Хотя… Кто знает? Сегодня всё по-иному, смерть так резко выскакивает из-за угла со скоростью пули. Может быть, также резко теперь приходит и… любовь? Санек запретил себе об этом думать. Пока что. Надо было следить по сторонам. Постепенно они сбавили шаг. Пылкое стремление ушло, оставив вместо себя осторожность и аккуратность. Стучащее от новой навязчивой идеи сердце успокоилось и теперь перед Александром и Викой обрисовались новые аспекты их плана, главным среди которых было – избежать врага. Сашка присматривался к каждому кусту, нервно сжимая в руках автомат, и, лишь окончательно убедившись, что опасности нет, кивал Вике и продолжал путь. Вскоре и осторожность ушла куда-то, и путешественники брели по пустым улицам усталые. Минуло около часа, но даже половина пути не лежала за спиной. Среди этого будто бы бесконечного блуждания рождалась скука, и Вика, первая устав от долгого молчания, решила начать разговор. - Твои друзья… - девушка шла всё также следом за своим спасителем. - Они… какие? - Что значит «какие»? – обернулся Сашка. По лицу его было видно, что болтать у него нет никакого желания. - Мне просто интересно, - Вика поправила прядь волос. – Какие должны быть люди, чтобы быть способными на такой шаг? - Мои друзья… - Санек задумался и посмотрел мечтательно в небо. – Сложно сказать, какие они. Нет однозначного объяснения. Я бы сказал – они… живые. Вика промолчала, а Сашка продолжил: - Вот Славка, например… * 30 Мая 2012 года. Среда. 14:26. г. Саров. ул. Гагарина. - Уехать бы куда-нибудь. Далеко-далеко, туда, где нет ни Интернета, ни мобильных телефонов, ни пейджеров, ни факсов… Туда, где есть только море с его бушующей и охлаждающей синевой, что теряется в горизонте и зовет еле слышно прибоем. Славик ухмыльнулся витиеватости своих собственных мыслей, ухмыльнулся и тут же очутился в реальном мире, где вместо шума волн жужжит надоедливо совсем не спасающий от жары вентилятор, да трещит где-то за стеной капризный копировальный аппарат. Окно кабинета было распахнуто, и белые жалюзи игриво покачивал приходящий и уходящий ветер. На «рабочем столе» компьютера красовалась высокая белая башня с часами – символ прошлого и будущего маленького, но уже оккупированного малым бизнесом Сарова. Жаркий выдался месяц. Впрочем, теперь каждый Май жарче предыдущего. Карандаш резво бегал по небольшому листку бумаги. Спасаясь от скуки и обыденности, Славик пытался найти в себе хоть какой-то, но талант художника, и, может быть, случилось бы чудо, и мир увидел бы ещё одного Айвазовского, но… В дверь тихонько постучали. - Да, - по привычке ответил Славка, не отрывая глаз от рисунка. - Вячеслав Александрович, приехали! – в дверной проём просунулась улыбающаяся мордашка молодой секретарши. - Иду, - Славик неохотно поднялся с кресла. Через секунду он уже спускался по лестнице к новым клиентам, по пути поправляя галстук. Помощница нагоняла его и что-то спрашивала касательно лежащих в её руках документов. Славик не отвечал. - Итак, господа, перед вами всё лучшее, что подарено европейскими мастерами. Красавцы из кремлевской конюшни, каждый из которых поднимет ваш социальный статус или же просто доставит в срок до указанного места. В нашем салоне есть уникальная система авто-теста, при которой вы можете по достоинству оценить… Славик шел вдоль ряда выстроившихся на павильоне авто. Машины отливались в просачивающимся сюда солнечном свете. Сверкали и отражали на своей чистой и гладкой поверхности искривленные копии шедших за менеджером по продажам клиентов. Трое представительных мужчин в костюмах любознательно заглядывались на стоящие ровным рядом «Мерседесы», «БМВ», «Ауди», шептались и о чем-то даже тихо спорили. Всё это лишь подогревало Славика, и он начинал говорить ещё громче. - Нравиться? – резко обернулся Вячеслав и демонстративно развел руками. – Выбирайте. Мы можем оформить кредит за полчаса, техосмотр и остальные формальности также контролируют наши сотрудники. Уже через час вы пронесетесь на этих красавцах по улицам. - Скажите… - один из мужчин открыл рот и повел руку в сторону стоящего на стенде джипа. Славик улыбнулся. – Я знал, что вы заинтересуетесь… И тут пошло перечисление всех достоинств шикарного авто: скорость, затраты бензина, удобство салона. Славка не останавливался, и от каждого нового его слова клиенты всё больше и больше еле заметно кивали друг другу. Наконец, они полезли в карман за чековой книжкой. * - Удачная сделка, - улыбнулась секретарша, собирая со стола ненужные бумаги. Славик ничего не ответил, устало открыл шкаф и глянул на нужную ему полку. - Вячеслав Александрович, я позвоню в техотдел для уточнения некоторых формальностей, а вы подпишите, пожалуйста, вот это, - девушку достала из папки тонкий листок с текстом. - Лена, я… сегодня собираюсь уехать раньше, так что ты оставь, пожалуйста, всё это до завтра. Хорошо? - Какие-то проблемы? – секретарша оторвалась от дела и посмотрела на начальника. - Нет, - Славик закрыл шкаф. – Просто… хочется отдохнуть. - Ладно, - улыбнулась девушка и вышла из кабинета. Славик подошел к окну и прищурился от светящего солнца. Затем устало взял ключи от машины и спешно выскочил из комнаты. На столе остался лежать карандаш и бумажка, на которой красовался ещё не законченный рисунок цветка. * Серебристый «Lexus», за рулем которого сидел Славик, лихо промчался сквозь небольшой туннель под башней с часами и понесся, разрывая воздух, вдоль зеленых аллей, украшенных цветами и заставленных пустующими лавочками. По правую руку распростерся вид выложенного из красного кирпича храма, в небо уныло стремился отливающийся золотом купол. Дальше дорога ложилась мимо мемориала в честь павших на Великой отечественной войне, мимо банка и зубной поликлиники, военкомата и фотоателье. Ну а потом был старый, но совсем недавно отреставрированный театр, за которым шумел и радовался огромный фонтан. Славик выехал на площадь Ленина, тут же просигналил какому-то неумелому водителю и свернул направо. Где-то вдалеке виднелась закутанная в пушистые облака огромная труба ТЭЦ. Старый район. Небольшие улочки с уютными, двухэтажными домами хранят память о минувшем веке, когда здесь был только разграбленный революционерами монастырь. А потом пришли они – защитники родины, работники ядерного щита нашей страны. Они основали тут целый комплекс предприятий, что день и ночь выковывают из плутония наше с вами будущее и безопасность. Славик даже не смотрел по сторонам, просто ехал, сконцентрировавшись на дороге и, казалось, думал о чём-то лишь ему знакомом. В глазах молодого бизнесмена читалась еле заметно усталость и грусть. Машина свернула и вильнула на стоянку возле универмага. * 30 Мая 2012 года. Среда. 16:54 г. Саров. ул. Бессарабенко д.7 кв.5. - Мне нужна работа, - Тимофей кинул в чашку небольшую ложку сахара и спешно залил её кипятком. – Я, как монах-затворник, живу среди памяти и стен, совсем не думая о будущем и живя лишь там, где меч и магия решают судьбу мира. Как я могу управлять королевством, если не могу управлять, как следует, собой? Парень, впрочем, уже мужчина, лет тридцати аккуратно нагнулся и сел на старый диван, стоящий на кухне. От чашки в руках тянулся парок, уходил куда-то, пугаясь яркого, льющегося через окно летнего света. Тимофей закрыл глаза и вслушался в тишину. Он всегда так делал, когда хотел найти что-то новое в себе, получить некий сигнал из глубин космоса, из садов рая, из котлов ада – он не знал, откуда приходит всё это. Но он любил каждый новый приход. А приходили к нему образы. Такие живые и яркие, что весь мир, что есть и будет за окном, казался таким пустым и одноцветным, казался жалким мазком дегтя и гнил в своём несовершенстве перед шикарной картиной, отрисованной акварелью. Картиной, на которой густой лес уходил за горизонт, а средь ветвей где-то вдалеке виднелся среди легкого тумана древний замок… В дверь тихонько постучали. Тимофей взял в руки костыль и клюшку. - Жарища, - вздохнул Славик, переступая порог. Молодой бизнесмен развернулся, закрыл дверь и пожал руку своему больному товарищу, кладя на табурет возле стены два огромных пакета с продуктами. - Славок, - Тимофей перевел взгляд на пакеты. - Что?! – Славик развел руками и улыбнулся. – Жрать надо даже гениям. - Я не гений, - Тимофей побрел на кухню. Чайник вновь забурлил возле крана на тумбочке, выпуская клубы пара и, будто ругаясь на незнакомом языке. Чуть позже он резво щелкнул, известив о том, что вода в нём вскипела. Друзья устало сели за стол. Выложили кое-какие продукты из пакета, нарезали хлеб, разлили чай, открыли консервы и взялись неспешно обедать. - Как работа? – между делом спросил Тимофей, хватая со стола салфетку и вытирая руки. - Да, надоело! – с вздохом вымолвил Славик, вставая и доставая из кармана пачку сигарет. – Пойду выйду… - Кури прямо здесь, - Тимофей откинулся к дивану, а его товарищ открыл окно. В комнату проник свежий летний ветер. Приятные запахи сада разлились по углам, затопив друзей своим очарованием. - Как может надоесть такая работа? Разве ты не счастлив? Славик закурил и улыбнулся. - Я не знаю, Тимон! Это сложно передать словами! Я же не писатель, как ты, я не могу объяснить, но… - Славик запнулся, жестикулируя рукой с сигаретой. – Я… я, наверное, просто очень устал. Устал от однообразия, от бесконечных проблем, которые сменяют друг друга. Большие деньги всегда приглашают к себе большие проблемы. Всё связано – огромная награда дается только за огромные усилия. Легкие победы – просто удача. Удача, в которую взрослые люди иногда просто не верят. А, помнишь, мы были маленькие, - Славик внезапно сел на табуретку и мечтательно улыбнулся. – Тогда мы хотели быть взрослыми, а теперь, ты не поверишь, мы хотим стать детьми. Тимофей улыбнулся. – Это закон жизни, - тихо ответил он. - Я хочу чего-то другого, - Славик поднялся и посмотрел в окно. – Не для этого я был рожден. Я знаю, мне ещё рано думать о смысле жизни, но… - Какие же люди разные, - улыбнулся Тимофей, ставя кружку с чаем на стол. – Вот ты, например, после недолгого времени работы уже ищешь что-то другое, а я… - Тимофей на секунду склонился и посмотрел стеклянным взором на пол, - …я почти десять лет пишу, и я никому не нужен, и я, возможно, никогда не постучусь в мир большой литературы. Но мне, почему-то не хочется ничего другого. - В писательстве ты нашел тот самый покой, который я ищу там, где его, скорее всего, нет, - серьёзно проговорил Славик. – Тем более, ты всё ещё живой, ты сражаешься за свою мечту… - Моя мечта привела меня к нищете. - Ты гений, а гениям положено жить в гонении, грызть последнюю корку хлеба и, может быть, даже просить на улице, но… после смерти каждый из них удостаивается таких почестей и таких наград… - Вот поэтому я не хочу быть гением. - Поздно, Тимофей, - улыбнулся Славик. – Слишком поздно. * 8 Июня 2012 года. Пятница. 11:44. г. Саров. Проспект Мира. Под ногами хрустели мелкие осколки разлетевшегося во все стороны стекла, где-то средь руин ещё курился тонкий дымок, а робот, похожий на летающего жука, порой дергал еле-заметно крылом, заставляя тех, кто его видит, поверить в то, что он живой. Санек долго смотрел на разрушенный храм, пролистывая в памяти события позапрошлого дня, до сих пор не верилось, что друзья ещё живы, а, вернее сказать, жив лишь он. От этой мысли у Александра внутри вдруг что-то резко напомнило о себе, о томящей и разъедающей боли. Сашка отвернулся и посмотрел на выходящую из кустов Вику. Девушка подошла устало к своему спасителю, взяла его за грязную руку и посмотрела оценивающе на храм. - Теперь ты мне веришь? – Сашка глянул на свою спутницу и попытался улыбнуться. - Когда мы увидим труп убитого Годзиллы, тогда я тебе поверю. Вика была в своём репертуаре. Они спустились вниз, по тонкой, как шанс на спасение, дорожке и побрели пугливо вдоль обильных кустов и деревьев. До того, как они сюда пришли, ничто не потревожило их тяжелой и надоедливой дороги, ничто не тревожило и здесь, средь зелени и тишины, что несвойственна этой самой зелени. Но Сашка всё равно держал под рукой автомат – спасителю девушки не верилось в такую легкую победу, он знал – всё это, наверняка, опять какая-нибудь хитрая игра внеземных врагов. От этой мысли становилось дурно. - Твой друг писатель. Сколько книг он продал? – Вика вконец потеряла всякий страх и шла теперь, будто всё было, как прежде. - Ни одной, - тихо сказал Сашка, высматривая что-то в недалеких от дороги кустах. - Тогда какой же писатель, если его книги не печатаются? Санек ничего не ответил, про себя лишь мелко улыбнулся. - А вот Гомер – тоже писатель. Ты думаешь, «Одиссею» кто-то в то время издал? – если девушке хотелось потрепаться, Сашка решил дать её такую возможность. – Или Шекспир! Он тоже не видел своих изданных пьес при жизни! - Шекспир, Гомер! – Вика улыбнулась. – Твой друг, я уверена, и рядом не стоял… - Не говори так… - А что? - Он умер, - Сашка в один миг потерял всякий веселый тон беседы. – Нельзя так об умерших. - Прости, - Вика поджала губу. Через несколько секунд она тихо сказала. – Вот Устинова – тоже писатель, но была бы она писателем, если бы её никто не издавал? - Я не хочу об этом разговаривать. - Хорошо. Смотри на дорогу. - Смотрю. Дорога выводила путников к старому висячему мосту. За ним она поворачивала и терялась где-то среди кустов и деревьев, подобно Вике и Сашке, что тоже терялись в новом мире, полном опасностей и зла. * 8 Июня 2012 года. Пятница. 12:59. г. Саров. возле пятого КПП. Стараясь не шевелиться, Сашка лежал в кустах, на холодной и сырой земле, вглядываясь через мушку автомата на руины нескольких красных одноэтажных зданий. Чуть дальше виднелся высокий решетчатый забор, местами порванный и покореженный, местами в дырках и разрезах. Ворота лежали погнутые на асфальте, из темноты выбитых окон выходили последние остатки дыма. Трупов не было. Санек не хотел думать и гадать, как пал этот контрольно-пропускной пункт. Хотелось верить, что здесь сражались и гибли герои, обреченные, знавшие, что обречены, но, тем не менее, стоящие уверенно и дерущиеся до конца. Александр на секунду, как это обычно бывает, представил себе битву, прикрыл глаза и вновь было полетел в заупокойной молитве к Богу, но Вика толкнула его в бок. - Пойдем, - нетерпеливо выдохнула девушка, морщась от сырости. - Ты что не понимаешь?! – вначале Сашка сделал вид, что не услышал этой команды, но потом не вытерпел и резко развернулся к своей спутнице. – Нельзя так просто идти? – начал он. – А если там засада? Девушка вздохнула и повернулась на другой бок, лицом к лесу. Было ясно, что она обиделась и не хотела больше разговаривать. Сашка продолжил наблюдение, ничуть не раздосадованный. Наоборот – даже довольный. Ведь они дошли. Огромное расстояние было пройдено без особых проблем и без встреч с врагом. Это прекрасно, странновато, дико, но всё равно прекрасно. Дальше их ждал последний скачок, самый главный, самый рискованный, самый опасный. Сашка очень хотел, чтобы этот скачок удался, и поэтому сейчас он без лени вглядывался и следил за КПП, неведомым чувством ощущая, что там, среди тьмы и непроглядности одного из выбитых окон может находиться… Ветер понес по дороге рваный целлофановый пакет. Где-то в вышине зашуршали и запели тихо ветви стоящих ровным рядом елей. Всюду лес, разделенный новым, уходящим за плавный поворот шоссе. Страшно. Тихо. Холодно. - Пошли, - неожиданно сказал Сашка и схватил Вику под руку. Их быстрые шаги в необъятной тишине звучали особенно ярко. Держась за руки, он и она прошли несколько десятков метров и сбавили ход возле того места, где раньше находились ворота. Санек отпустил мокрую от пота ладошку девушки, взялся крепче за автомат и последовал вперед уже один. Перед ними лежали мертво небольшие насыпи из осколков стен, остатков забора, складывалось впечатление, что вот прямо сюда рухнула с неба бомба. Рухнула и разнесла всё на мелкие части. Сашка то и дело вертел головой по сторонам, порой пригибался и уже не скрывал от спутницы предательскую дрожь в руках. - Саша. Никогда ещё её голос не был таким мягким, нежным и ласковым. Никогда. Даже тогда, когда там… в темном подвале… - Саша. Голос чуть стих и, казалось, даже дрогнул. Как нравилось Саньку, когда девушка называла его «Саша». Точно также звала его мама, давным-давно – три-четыре дня назад. То был другой мир. Мир, где никто кроме, пожалуй, лишь Тимика не назвал бы его героем. Мир, похожий на сон, на удаляющийся куда-то горизонт, безвозвратно потерянный и прекрасный при закате и восходе. Банальное «Саша» переносило через сотни километров к этому горизонту, и он грелся там, в лучах огромного солнца, готового освещать землю целый день. Что-то внутри Санька разбилось – голос девушки ему не понравился. Он повернулся и увидел её застывшую, тонкую как молодая березка, рыдающую, как ива и прекрасную, как тот самый цветок на бумаге, что остался лежать в темном подвале. Слезы бежали по её щекам, а он не мог понять – отчего. Он сделал шаг в ёё сторону, а она осторожно выставила руки вперед. - Нет! Не подходи! – сказала Вика, вытирая щеки. - Ч-что? – нахмурился он и спешно огляделся. Девушка закусила губу и тихонько указала пальцем вниз, после чего взорвалась истеричными рыданиями. Удивленный, смущенный, напуганный и застанный врасплох Санек приблизился к девушке, опустился на одного колено и внимательно посмотрел Вике под ноги. На песчаной земле, под стройной ножкой девушки виднелась еле-заметно обычная с виду круглая железка на манер крышки из-под банки варенья. Сашка открыл было рот, чтобы задать вопрос, но… тут он всё очень быстро понял. Девушка наступила на мину. Александр вздохнул и аккуратно повесил автомат на плечо. В кино такое виделось не раз – встанешь – и ты труп. Нога девушки чуть вздрагивала от льющихся слез. - Немедленно успокойся и не шевелись, - Сашка встал, сделал шаг назад и осмотрелся. – Если ты шагнешь, то погибнешь, но… - спаситель девушки быстро понял, что нагнал страху, и резко замотал руками, - …такие штуки очень легко обезвреживаются. Сейчас я найду какой-нибудь тяжелый камень и мы… Девушка замотала головой, не переставая громко плакать. - Ты не понимаешь, - сквозь слезы проговорила она. – Ты… - Стой на месте! – Санек сорвался на крик, уже бегая глазами по земле в поисках подходящего камня. Подходящий камень нашелся. Это был булыжник размерами с небольшую дыню, вполне увесистый и ровный. Саня несколько раз подбросил вверх свою находку, угадывая вес. Вроде подходит. - Расслабься, - спаситель девушки нагнулся и присмотрелся к дрожащей ноге. Нужно было всё сделать очень аккуратно и быстро. Риск велик, но… действовать надо. Санек нежно коснулся гладкой кожи, захотел чуть приподнять… Девушка рыдала, даже не смотрев вниз. - Мне нужна твоя помощь, - тихо сказал Сашка, не отрывая взгляда от мины. – Ты меня слышишь?! – он поднял голову. Девушка молчала. - Вика! Она вздрогнула. - Ты можешь мне помочь? – медленно произнес Санек, глядя девушке в глаза. Та по-прежнему смотрела на него, смотрела и ничего не говорила. - Я постараюсь подпихнуть тебе под ногу этот камень, а ты в это время… - Александр остановился, видя, как девушка резко закачала головой. - Я… - Успокойся же, наконец! – не выдержал Сашка, срываясь на крик. – Успокойся, прошу тебя, - после глубокого вздоха добавил он. Девушка опустила голову и прикрыла устало глаза. Плач её несколько стих, преклонившись перед тишиной. Это позволило Саньку сосредоточиться. После недолгих мгновений самозавоевания он осторожно взялся за ногу своей спутницы, нагнул голову и пригляделся к мине. Сделав усилие, спаситель Вики попытался ещё раз поднять её ногу, но та, как влитая, стояла на земле, не желая отрываться. Саня понял, что девушка не сможет сделать то, что ему требовалось. Слишком уж напугала бедная блондинка нынешними реалиями, тем более, сейчас, когда смерть прикасается к её телу останавливающим кровь железным холодком. Александр вскочил на ноги и заметался взад-вперед, не зная, что делать. - Саша, послушай меня… Но Санек резко выставил руку, бесшумно приказывая девушке молчать. После этого он зашагал прочь от КПП в сторону уходящей за плавный поворот дороги. Он знал, что нужно сделать, ему казалось – лишь это может выручить их обоих из сложной ситуации. Набравшись решимости, Сашка сделал ещё несколько десятков шагов, затем развернулся, сбросил автомат с плеча и пригнулся, коснувшись руками прохладного и грязного асфальта. Где-то впереди виднелась тонкая фигурка девушки. Она стояла среди руин и чуть подрагивала, толи от ветра, толи от плача, толи просто в глазах у Санька, уже мокрых глазах, что-то искажалось, как исказился в один миг весь привычный мир. Тяжелый вздох. Самый тяжелый за всю жизнь. Напряжение. Напряжение, какого не испытывал ни один бегун за всю историю. Молитва. Молитва, какую не произносил ни один священник. Короткий миг, выдох, бег. Санек сорвался с места и полетел навстречу девушке, мечтая схватить её, прыгнуть и резко пасть на землю, прикрыв красавицу своим телом от сокрушающего прикосновения взрыва. Вот что замыслил спаситель девушки. Глупый план, но… теперь всюду безумие. Вика увидела, как бешено скачет её спаситель по пустой дороге, каждый миг приближал его к ней. Руки девушки задрожали, губы – тоже. Она поняла, что хочет сделать её спутник, поняла, на какой риск он идет ради неё. Но вовсе не это вызвало дрожь в теле. - Саша! – закричала девушка, заливаясь слезами. – Саша, нет! Их отделяли друг от друга всего несколько метров. Санек уже напрягся, готовый схватить свою подругу и резко пасть на землю, но тут девушка не выдержала и сорвалась на крик. - Я видела его во сне! – прорвалось на волю в пьянящей тишине. Санек нахмурился, не понимая смысла сказанного. Вика рванулась с места и прыгнула навстречу своему спасителю. Взрыв поднял в небо осколки стен и пыль с дороги, что заплясала в вышине, но вскоре медленно осела вниз. Тишина дрогнула, и смятение её пробежалось вдоль елей и сосен, вдоль пустой дороги и поломанного забора. Дым рассеялся, и возле контрольно-пропускного пункта, как и прежде, стало тихо. * 8 Июня 2012 года. Пятница. 13:19. г. Саров. возле пятого КПП. - Саша. Он открыл глаза и увидел серое небо с еле заметными клочками ещё более серых облаков. Издали могло показаться, что это дым, спешащий куда-то от очередного, бушующего где-то пожара. Тело ныло, но боль в глубине его была болью ушибов и растяжений, а не болью оторванных конечностей и переломов. Значит, всё получилось, значит, они… - Саша. Голос стихал, угасая и отдавая власть безмерной тишине. Сашка попытался повернуть голову - тут же сморщился от внезапной боли в шее. Пару раз на него напал кашель, от которого ныли ребра. Встать не получалось. Вика лежала рядом и тяжело дышала, смотря стеклянным взором синих глаз! куда-то в пустоту и таинство хвойного леса. По щеке девушки медленно ползла вытекающая из уха струйка крови. Порванная майка даже не пыталась скрыть многочисленные раны на теле, а ниже, возле колен… Увидев всё это, Сашка вскочил на ноги, плюнув на всю боль, что была в его теле, картина распластавшейся на земле девушки заставила её уйти куда-то за пределы понимания и ощущения. - Вика! – истеричный крик раздавил безмолвие леса. – Вика… господи… Он поднял её на руки и потащил, словно ребенка, в лес, нужно было спрятаться, взрыв мог привлечь своим криком врага. Через миг Сашка уже спотыкался о коряги и приминал своими шагами высокую листву. Его одежда зацеплялась за кустарники, и те больно били своими ветвями по лицу, но всё это… о, Боже, Вика… Девушка во время прыжка к своему спасителю приняла на себя большую часть взрывной силы мины, и теперь… Пройдя несколько метров, Санек упал от бессилия. Тут же вернулась знакомая боль, в ушах до сих пор что-то еле-слышно звенело, девушка аккуратно съехала с его рук на землю. - Вика… Она глубоко дышала, борясь, видимо, с адской болью в теле, подаренной взрывом. Чем помочь бедной девушке? Как остановить кровь, бегущую сквозь пальцы ладоней, что прислоняются к ранам? Сашка почти плакал от своего неумения и бессилия. Девушка умирала, цепляясь за края жизни изо всех сил. - Саша, не надо, - сказала она, увидев, что спаситель пытается ей помочь. Санек стер с её губ алые капли. Прошло несколько мгновений, и Вика немного успокоилась, расслабилась. Её измученное тело лежало на коленях у Санька. - Зачем ты это сделала? Зачем?! – Сашка гладил мокрый от пота лоб девушки. – У нас могло бы получиться. Мы могли бы выбраться, уйти из города… начать новую жизнь. Девушка, превозмогая боль, улыбнулась. - Новая жизнь бывает лишь после смерти. Санек побледнел. – Так говорил… - Я видела его во сне… он… такой необычный… - Вика закусила губу, чуть задрожала. – Мне нравятся его глаза, его мудрые, темно-синие, будто штормовые волны глаза. В них столько скрыто… столько… я даже боялась в них смотреть, потому что от его взгляда мне становилось как-то не по себе. Я чувствовала себя такой жалкой… такой глупой и грешной. Он, как Бог, а я, как его дитя. - Вика… - Санек поймал себя на мысли, что ему становится дурно. - Я видела Тимофея во сне, - девушка чуть приподнялась и вцепилась руками в одежду Санька. Голос Вики был всё ближе и ближе, вот он уже возле уха, превратился в шепот. – Твой друг сказал мне, что всё кончится именно так. Понимаешь? Он предсказал этот миг, неизбежность этой ситуации. И он сказал мне – либо ты, солнце моё, либо Саня. - Этого не может быть, - Сашка замотал головой. – Это… - Это был Тимофей, - девушка расслабилась и упала на колени своего спасителя. – Он велел передать тебе, что ты дурак, не способный самостоятельно даже член из штанов вытащить, что ты жалкое создание, которое стреляет также, как и трахается, и что ты бросил своих друзей у фонтана, как… впрочем, друзей ли, сказал он. Ведь ты, например, никогда не был для него другом. Он общался с тобой лишь из-за жалости, из-за того, что никого у тебя больше не было… - Хватит! – закричал Сашка. – Хватит, - устало бросил он и склонил голову. - Ты должен был умереть на мине, спасая меня, - девушка вновь начала тяжело дышать. – Этого хотел Тимофей. Но я могла спасти тебя. И спасла. - Не надо было, - с грустью произнес Сашка. - Мне страшно умирать, - девушка откинула голову и посмотрела на серое небо. – Мне страшна не боль, а то, что последует за нею. Что там будет? Чего я достойна? - Никому это не ведомо, - сухо сказал Санек. - А мне ведомо… - Вика тихо застонала от пришедшей боли. – А ещё я… знаю, что твои друзья… они… живы. Больше девушка ничего не произносила. Безжизненный взгляд, как и прежде, искал что-то в сером, скрытом ветвями елей небе. Искал, но не находил. Санек прикрыл дрожащей рукой веки молодой красавицы и нежно опустил тело девушки на траву. Затем встал и пошел обратно к дороге, уже не замечая трещащих веток и коварных коряг. Его автомат валялся на асфальте и покрыт был немалым слоем пыли, однако ж Сашка без труда приметил его, взялся за ремень и вытащил оружие. После этого спаситель девушки сел устало на жалкие остатки бордюра, оперся подбородком на дуло и закрыл глаза. Тело болело, но ещё больше болела душа. Всё внутри взрывалось и заново возводилось, всё рушилось и отстраивалось вновь. Будто кто-то никак не мог найти то, что ему нужно – идеальную форму чего-то неосязаемого, необъяснимого. Точно также писатель почти каждый миг присматривается к своему труду сквозь придирчивые очки самокритичности. И в душе голос: «Не так, не то, по-другому!». Он то сильнее, то слабее, то кричит, то шепчет – не поймешь и не проконтролируешь его. Он живет своей жизнью. Голова Александра гудела от вопросов и догадок, от боли ушедшей от него любимой… Любимой?! Да! Только сейчас он это понял. Понял, что любил её так, как никогда не любил ни одну женщину на земле, и она, возможно, любила его так, как никогда прежде не любила. Понял, что не он спас девушку, а она спасла его от того, что собирался он сделать в следующий миг. Всё погибло, выхода нет, все мертвы и мертв он. Осталась лишь одна формальность. Санек посмотрел в небо и беззвучно заплакал. Заплакал от бессилия, от безысходности, от бесконечных потерь и волнений, раздирающих душу. Палец сам по себе потянулся к курку. Самоубийство – это грех, говорил Тимон. Самоубийцы попадают в ад. Но я, говорил себе Санек, даже представить себе не могу, что есть ад хуже того, где я нахожусь. Звонко щелкнул затвор, пуля вошла в ствол, курок ждал команды. Сашка медлил. Медлил, плакал и боялся. Жуть, даже на этот, последний шаг, он не способен. Его глаза закрылись, на месте старого одноцветного мира оказалась непроглядная тьма. Сейчас он встретит её, и, если кто-то будет там, в ней, он всё выскажет ему и, если сможет, вцепится в глотку. Ветер гулял средь ветвей, покачивая их и насвистывая утомляющую мелодию. Она медленно усиливалась, будто здесь, на месте разбитого КПП бушевал настоящий ураган. Сашка открыл глаза, вдруг нечаянно осознав, что ветер не может набрать столько силы. Александр встал и… В небе над ним пронесся, оставляя шлейф, самый настоящий военный самолет. Его трудно было приметить, но что-то невидимое ясно указало – это не враг. Это был наш, земной истребитель. Звук его двигателей не просто разрушил тишину, он убил её, втоптал в грязь своим ревущим порывом покорить необъятное небо. - Ф-18! – выкрикнул шокированный Сашка. Выкрикнул и побежал по дороге, пытаясь уследить за летающей машиной. Американский самолет сделал огромный круг над городом и скрылся где-то за горизонтом. За спиной у Санька тем временем родился новый звук – звук пропеллеров. Александр развернулся, и чуть было не осел на землю от пришедшего к нему шока. В небе, очень низко над землей, почти касаясь ветвей потревоженных елей, летели вертолеты. Они загородили своими черными силуэтами серое небо и пели в один голос десятками или, может быть, даже сотнями пропеллеров. На корпусах этих, вгоняющих в душу страх машин виднелись символы свободы и равенства, могущества и независимости – там и тут сверкали флаги США. Это было неописуемо. Одиночество и тишина, боль и скорбь, безнадега и желание умереть – всё сдули порывы ветра, рождаемые лопастями винтов. Вся эта черная армада, ревущая и бегущая куда-то, на невидимом языке нашептывала побуждающие к действию слова. Санек слушал их и впитывал с великим удовольствием. И где-то там, среди приходящего желания бороться и вновь обретенной веры проснулись почему-то пропущенные мимо ушей слова Вики: «…твои друзья живы!». Ах, как стучало сердце от каждого нового мига жизни, как пела душа и как налились силой будто бы уже обмякшие ноги и руки! Перед глазами появился новый мир, мир, где триумф человека и его сил неизбежен. «Чинуки», «Черные ястребы», «Кобры» и «Апачи» - все они летели в одну сторону – туда, где, по слова таинственного гостя, находилась та самая секретная лаборатория, в которую должны были проникнуть друзья. Забыв страх и слабость, Сашка последовал за ними.

Страница 1 из 1	Часовой пояс: UTC + 3 часа
Powered by phpBB® Forum Software © phpBB Group http://www.phpbb.com/